Провинциальный отпуск «All inclusive». - Фуф! – выдохнула я, - Наконец-то! Отпуск! Я тяжело плюхнулась на стул. Лена, моя напарница, улыбнулась: - Дождалась? Блин, а мне еще целый месяц вкалывать! - Зато я выйду на работу, а ты только отдыхать поедешь! В это время в аптеку вошла бабуля. Ох уж эти бабули, ни днем, ни вечером покоя от них нет. До закрытия аптеки осталось минут десять, а они все идут и идут. Лена продала бабуське самый дешевый глицин, та пожаловалась на погоду, на губернатора области и почапала на улицу. - Все! Закрываемся! После процедуры подсчета денег, снятия «зет»-отчета, установки аптечного пункта на сигналку, я, наконец, вышла на свободу. Только начиналось лето, самые первые теплые дни, когда все предвкушают отдых, каникулы, море и так далее. Мимо прошла целующуюся парочка. Я вздохнула. Даже не могу вспомнить в какой момент я стала относиться спокойно к своему одиночеству. Ну что я могу сделать? Я не обладаю внешностью модели, но и не юродивая. Обычная. И таких как я полчища. А таких как они, мужчин в смысле, с гулькин нос. Мало того, что их мало, дак еще и меньшинства всякие, женатые, алкаши и еще множество группировок. Я не сижу как тыква дома, по выходным с девчонками мы ходим в клубы, кино, а еще в спорт зал, короче везде, где можно себя показать, да парней посмотреть. Не помогает. Есть еще у меня проблема, не могу флиртовать. Я всегда поражаюсь этой девчачьей способности сидеть и трындеть за житие свое, обсуждать политику, соседей, машины и тут на горизонте ОН! Все. Капец. Сразу шоры на глазах, ничего не слышу, подруг не вижу, руками волосы за плечо закинула, ресницами махнула, бедрами колыхнула… Фу-у-у. А я всегда смотрю со стороны на эти «преображения» и думаю, почему вес так могут, а я нет? Правда моим подругам такая методика тоже не помогает. Но флирт, мне кажется, происходит подсознательно. Это заложено природой. Во всех кроме меня. По дороге к дому, я заскочила в супермаркет, купила семечек и ряженку. Был период, когда я вот так же шла с работы домой, и ревела из-за того, что нет того единственного, некому готовить ужин, никто меня не ждет. А потом как-то перегорело. И это страшно. Потому что постепенно привыкаешь так жить, ходить в растянутых майках, не убираться по несколько дней, а на ужин пить ряженку. Все мои родственники пребывают в ужасе от того, что мне вот-вот стукнет тридцать, а у меня нет пятерых детей и мужа в растянутом трико на диване. Зато мой дед как всегда на моей стороне. Он сказал, что вот когда я перестану сопли мотать из-за отсутствия принца, тогда он и появится. Проще говоря, надо отпустить ситуацию. Я и отпустила. Уже год как. А все равно ничего! Во дворе орали дети, какой-то пацан в фуражке полицейского бегал с автоматом по двору и орал, как резаный. За ним неслась ватага таких же солобонов, только без фуражки. Замыкающий почему-то несся с игрушечным луком наперевес. Я успела только подумать, что это за война такая, где менты с автоматом воюют совместно с Робин Гудом, а потом получила со всей дури по ляжке тем самым луком. - А-а-а! – взвыла я, - Осторожно! Толпа с воплями понеслась дальше, даже не заметили, что чуть не зашибли, пираньи мелкие, блин. В сумке зазвонил телефон. - Да, - ответила я маме. - Привет, солнышко! - Привет, ма! - Как дела? Собрала сумку? - Почти, сейчас еще буду собирать. - Ты не передумала? Может все-таки к нам сначала заедешь? - Нет, мам! Не успею! Съезжу на встречу, а потом уже к вам! Как там папа? - Да как! Опять на рыбалку укатил! Надоел уже! Хоть бы рыбу привозил, а то мелочь для кошек… Я еще пару минут послушала деревенские новости - кто что купил, кого родил, по чем профлист на забор Неседовы купили и так далее. Потом попрощалась с мамой и вошла в подъезд. Телефон продолжал надрываться из-за входящих сообщений, судя по всему, девчонки что-то яростно обсуждали в Viber. Я глянула в телефон, так и есть. Лена с Иринкой спорили о новом писке моды, не знаю официального названия, ну когда у девчонок кончики волос окрашены, например, в розовый цвет. Лена очень уж хотела себе такие пряди, на что Иринка обзывала ее розововолосой барби и полной дурой. Я не стала обращать внимания на эти терки, зашла в квартиру и уселась на диван выпить ряженки. Из телика на меня смотрел Андрей Малахов, а я смотрела на сумку, которую предстояло дособирать. Отпуск в этом году предстоял тот еще. Денег было мало, на поездку в Турцию на хватит. А в Сочи тем более. Как раз когда я сидя на работе вздыхала над графиком отпусков, потому что не знала куда ж мне деться с тремя копейками в кармане, мне написала одноклассница. Дело в том, что я успела застать такое историческое явление, как развал Советского Союза, а за ним и развал колхозов и совхозов, в коем и проживала моя семья. Все просто бросали свои дома и уезжали жить в Германию, соседние страны СНГ, короче туда, где жили родственники и обещали более хорошие условия. В этом совхозе я родилась, выросла и со своими одноклассниками начала свой жизненный путь еще с яслей в детском саду. Как полагается у меня была первая любовь в яслях, любовь звали Богданом. Любовь из ясельной перешла в школьную. На момент наступления голодных и нищих девяностых мне было двенадцать лет. «Классный» возраст для смены места жительства и друзей. Радовало одно - разъезжались многие. Трое в Германию, один куда-то на Север, трое на юг России. Бежали кто куда мог. Плакали все. А я рыдала еще много лет после, особенно вспоминая Богдана. Спустя годы, уже после университета с приходом в нашу жизнь цивилизации и всемирной сети Интернет, мы конечно все нашлись, переписывались, созванивались по скайпу. И знаете, что странно? Как правило, столько лет спустя, с людьми не о чем говорить, у каждого своя жизнь, интересы. Но мы как-то находили что обсудить и над чем посмеяться. В садике, да и потом в классе, я была звездой. Меня любили еще Семен, Даня и Илья. Со всеми общаюсь, в том числе и с Богданом. Теперь мы с улыбкой вспоминали наши детские чувства, у ребят уже по-моему были дети и семьи. И, если честно, я не вникала в эти детали, изначально каждый написал что у кого, а затем уже общение шло на общие темы типа спорт, политика, где лучше жить - в Германии или в России и так далее. Так вот, в прошлом году ребята собирались, но малочисленным составом, те, кто не уехал, или переехал в соседние города и районные центры. В этом году планировался глобальный слет нашего «А» класса. Со всех концов земного шара все ехали и летели на встречу, аж на целых пять дней. Встречу было решено провести в том самом совхозе, где мы все росли. Из наших одноклассников там оставалось человек семь примерно. Они то и обещали разместить нас у себя в целях экономии, и ввиду отсутствия гостиницы в принципе. Кто-то скажет отпуск не фонтан, что там можно делать, скучно, да и о чем мы все будет говорить при встрече после стольких лет… Но я считаю, что это лучше, чем куковать дома, не имея финансовой возможности лежать на берегу моря. Пилить мне было прилично до пункта назначения. Почти двенадцать часов на поезде, а потом еще на автобусе часов пять, если не больше. Если будет жаркая погода, я еще в поезде умру от вони и духоты. Ну что поделать, отпуск же! Моя мама считала, лучше б я приехала домой, чем ехать в неизвестном направлении на встречу с незнакомыми, по сути, мне людьми. Но если я что-то решила, фиг переубедишь. Я еще раз посмотрела прогноз погоды, обещали жаркие дни, но кто его знает… На всякий случай взяла спортивный костюм и кроссовки. А в целом не стала набирать много вещей, пару легких платьев, сандалии, босоножки, шорты с майкой в поезд, принадлежности личной гигиены. Неожиданно тренькнул дверной замок, я с перепугу подпрыгнула, зацепилась ногой за сумку и чуть не грохнулась. - Что за…, - я бубнила, пока топала к двери, подозревая, что это моя неугомонная соседка Зоя. У меня ассоциации, что Зоя – это такая тетка времен Советского Союза в цветастом платье. Пусть простят меня все Зои. И вот примерно одна такая и жила со мной по соседству. Вездесущая, всезнающая, вечно не вовремя приходящая, вызывающая участкового и так далее. Самое удивительное было то, что она была младше меня. Страшно подумать, что с нею будет в старости. Я глянула в глазок. Ну точно. Она. В своем цветастом халате с запахом на груди. Руки в боки, брови в кучу, все как положено. - Привет, - я со вздохом открыла дверь. - Привет! Ну что, дашь мне ключи, чтоб я приглядывала за твоей квартирой? И я бы дала, если б она меня так не раздражала. Что-то терзали меня смутные сомнения, что будет Зойка шмонать мои шкафы, разглядывать трусы и много чего еще делать. Любопытная, короче. - Нет, отдала подругам уже дубликат, - ответила я, пока Зойка как ледокол «Арктика» растопырив в стороны локти, вплывала в мою квартиру. Она однозначно расстроилась, что не получит ключей, я видела как ее лицо сморщилось. Затем она взяла себя в руки: - Ну, а сумку собрала? - Собираю… Дальше я минут тридцать слушала о том, что сегодня сказала Елена Малышева, и что было нового в каком-то сериале о любви на телеканале «Россия». Страшно не то, что ваша соседка любопытная Зойка. Страшно то, что ваша любопытная соседка Зойка домохозяйка. Она типа сидит в декрете, при этом дочерью в основном занимается ее мама. Такая же Зоя два, только в старости. Понятно, что мужики в их семье были затюканными подкаблучниками. Когда я уже готова была выставить Зойку в коридор, так как хотела еще помыться, подправить маникюр, короче заняться девчачьими делами, она засобиралась домой. - Ну, все-таки к одноклассникам едешь. - Да, сначала к ним, потом к маме, - ответила я, переминаясь с ноги на ногу. Очень уж хотелось писать плюс ко всему. - Ну, ладно, ты мне это, пиши если что! А я буду приглядывать за твоей квартирой! Можешь мне гостинцы за это не привозить! Если перевести на наш язык, это значило, что за Всевидящее око Зои, я торчу ей сувенир из отпуска. Думала уписаюсь, пока она уйдет, но нет, успела. Позже я еще созвонилась с девчонками, пообещала крестнику вручить подарок позже на день Рождения, который я пропущу. После того, как все дела были сделаны, холодильник отключен за неимением в нем продуктов, заварник опустошен и вымыт, чтоб не выросла плесень, ряженка выпита, я, наконец, улеглась спать. И проспала. - Блин, еще же хотела вызвать такси с вечера на определенное время, -бубнила я, слушая в трубке автоответчик, который сообщал, что на мой адрес машина до сих пор не назначена. Как назло утром началась ужасная гроза с градом, когда вокруг парит жутко, кожа становится липкой, небо черное, такое предвкушение чего-то нового и свежего. И такая погода меня радовала бы, если этот ливень, который лупанул со всей дури, не подпортил мне начало отпуска. Весь город решил ехать на работу на такси видимо. Машин не было. Я как угорелая носилась по дому, вспоминая где вообще мой зонт и брать ли мне его, или так ехать. При этом я понимала, что если через пять минут не подъедет машина, все, поезд ушел. В прямом смысле. Еще и пробки на дорогах, час пик и непогода. Когда уровень моего оптимизма ушел в минус, пришло сообщение, что меня ожидает Лада 21012. Боже, я бы умерла от счастья, даже если б меня ожила бричка с клячей. Зонт я так и не взяла. Прыгнула со своей небольшой спортивной сумкой на заднее сиденье, по волосам стекали капли дождя. На мне был цветастый сарафан. Ну, что с вечера приготовила, то и надела. - На вокзал? – спросил равнодушно одутловатый дядька. - Да, поезд через двадцать минут… - Успеем… Я уж хотела было поржать и спросить не вытащит ли дядька из-под днища машины закрылки…да полетим может. Не успела сказать, он та-а-а-ак рванул с места, что меня впечатало в затертое пахнущее несвежим сиденье. Ехали мы как бешеные по каким-то дворам, гаражам, заросшим тропам. Короче, я уж было подумала, что мужик маньяк, и лучше б я опоздала на этот злополучный поезд, и тут вдруг бац! Мы выехали из какого-то проулка и оказались почти на привокзальной площади. - Приехали, - буркнул дядька, когда с визгом тормознул на парковке, причем я чуть не вылетела вперед, - двести шестьдесят… На самом деле это был грабеж средь бела дня, но учитывая все обстоятельства, я бы и пятьсот отдала. Я думала, умру, пока бежала через здание вокзала к нужной платформе, но страшнее оказалось бежать под ливнем по этой самой платформе в самый конец поезда. Короче, когда я посадила свой промокший зад на жесткую лавку плацкартного вагона, мне казалось, что я только что отыграла три периода в хоккей без передышки на Олимпиаде против Канады. - Привет, красавица, - раздался голос сверху. Я мысленно застонала. Судя по запашку сосед был с перегарчиком, считал себя мачо, а по сути был каким-нибудь сварщиком первого разряда, то есть обычным мужиком. Я медленно подняла глаза наверх. Нда, как сказала Маша в мультфильме «Маша и Медведь»: «Да и сам он какой-то…никакой-то…». Осоловелые глаза на опухшем лице, взъерошенные пшеничные волосы, и перегар. Я сморщила нос и стала копошиться в сумке в поисках сухой одежды. А вот как переодеться, это вопрос. Туалеты еще закрыты, придется ехать в мокром. Становилось холодно, несмотря на всю вонь и духоту вагона. Сосед с хрипами и стонами спускался с верхней полки. - Ты не смотри, что я немного помятый. Я со свадьбы еду…, - зачем-то он объяснял мне. На нем оказались вполне приличные, новые и модные спортивные штаны, и такая же футболка. Может и правда не алкаш. - Давай я простынь подержу, отвернусь, а ты переоденешься, - прохрипел он, чем ввел меня в абсолютное изумление. Еще минуту назад я бы послала его куда подальше, но вид его спортивного трико вызывал доверие. Сосед взял у проводницы простынь и растянул ее за своей спиной, как это делают болельщики на стадионах. Конечно, встал ко мне спиной. Я быстро переоделась, причем, пришлось стягивать даже нижнее белье, промокло абсолютно все. Все это время я ждала, что сосед резко опустит ткань и скажет что-то вроде «Агаааа!». Но ничего подобного не произошло. Он терпеливо ждал, когда я сменю мокрое на сухое. - Все, спасибо, - пробубнила я, пытаясь куда-то пристроить свой мокрый сарафан. Трусы с лифчиком пришлось спрятать в сумку. - Да не за что. А теперь ответный жест доброй воли - угостите «Цитрамоном»? Я порылась в своей сумочке и даже обнаружила две таблетки «Цитрамона» в потертой ветхой бумажной обертке. - Сойдет, - обрадовался сосед. Он забросил таблетки в рот, стянул сверху полторашку минералки и запил их. -Фу-у-у, - выдохнул он, сел напротив меня и сказал, - теперь можно знакомиться. Антон. - Маша, - ответила я, роясь в сумке. Учитывая, что позавтракать я не успела, есть хотелось жутко. А у меня была куплена «вкуснятинка» для поезда- бич пакеты. - Ну, откуда и куда, - не унимался он. - Слушай, - я подняла голову, - я нелюдимая, необщительная и злая девушка. За простынь спасибо, а теперь я хочу спокойно поесть. Вообще-то я вроде не злюка и не психичка, но что-то меня раздражало в этом парне. Или это годы одиночества наложили свой отпечаток и я совсем разучилась общаться с особями мужского пола. Антон не оскорбился, не обиделся и ничего не сказал. Он просто зевнул. Во весь рот. Я пошла по шатающемуся вагону за кипятком. Со всех сторон торчали ноги в шортах, трико, джинсах. Ненавижу поезда. На обратном пути я чуть было не споткнулась о сумку какого-то дядьки, который никак не мог расположиться на боковой полке. - Ну так что? – спросил Антон, как только я поставила на стол свою лапшу быстрого приготовления, - куда ты едешь? Я посмотрела на него тяжелым взглядом. Пофиг. Сидит и смотрит, как ни в чем не бывало. И его глаза оказались голубыми, видимо мутность последствие длительного запоя, рассеялась. Я вздохнула. Надо было его познакомить с Зоей. И делать ставки кто кого. Жалко у нее уже есть муж. - Ну, в отпуск, - неохотно ответила я. Он долго и мучительно шевелили бровями, смотрел в окно, что-то мычал, и больше ничего не спрашивал. - Все? Вопросов больше не будет? – уточнила я помешивая свой никчемный завтрак. - Я просто перебрал все города, мимо которых мы едем и не могу понять, куда там ехать отдыхать? Это ж Великий Зад всего региона. Я хихикнула, а потом ответила: - Еду на встречу одноклассников. - О, как! И далеко ехать? - Далеко… - М-м-м, а мужа с собой не взяла? Не ревнивый что ли? - Это попытка узнать есть ли у меня муж что ли? – также нараспев спросила я. - В том числе. Еще десять минут назад я бы послала его. А теперь эта мятая физиономия каким-то непостижимым образом сумела меня к себе расположить. - У меня нет мужа. - Да ладно! А парень? - Ответ «нет мужа» подразумевает и отсутствие гражданского мужа. Он снова приложился к минералке, выдохнул и сказал: - Блин, вот сейчас времена! Девчонок незамужних просто… просто…много, короче! - Так ты радуйся, - усмехнулась я. - Я радуюсь! Я на свадьбе капец как радовался, аж две девочки из-за меня подрались… - О, Боже! – сморщила я нос, - А я только начала думать, что ты нормальный. Хвастун, еще и себялюбивый. Он криво улыбнулся. - Дефицит мужчин позволяет знаешь ли… - Ну-ну, - кивнула я, - невесту хоть на свадьбе не увел? Пока я давилась лапшой, Антон рассказал, что женился его друг детства, что свадьба была в глубинке на деревенский манер, то есть пили больше и дольше, чем ели. Между делом он задал мне вопрос, почему это я не приготовила себе в дорогу нормальной еды. Мой ответ «лень» он прокомментировал так: «Теперь понятно почему ты не замужем, научись готовить». Я не стала своему горе-попутчику объяснять, что «лень» и «не умею» разные вещи. Через какое-то время Антон перестал бубнить о том, как «корабли бороздят просторы вселенной» и ушел то ли покурить, то ли в туалет. Я взяла у проводницы белье и одеяло. Госссподиии, из чего же в советские времена делали простыни и пододеяльники, что они до сих пор живы? Знаете, такие типа белые, но уже не совсем, а по углам стоят серые штампы, как кусок грязи прилип. Ненавижу поезда. - Когда тебе выходить? –спросил Антон, когда вернулся. - Не знаю, часов в десять вечера, наверное. - Да ладно! Ты едешь до Лениногорска?! - Да.., - я сощурила глаза, почуяв не ладное, - а что? - И я! Вот, блин. Еще и на вокзале покоя от него не будет. А Антона новость о том, что наши пункты назначения совпадают кажется вдохновили. Он повеселел, стал мурлыкать песенки, а может «Цитрамон» подействовал… Через какое-то время я уснула с книжкой в обнимку, кажется, когда героиню похитил прекрасный вампир. Прям даже и не знаю, чем же закончится эта любовная линия. Наверное, она ни разу не влюбится в этого вампира. Разбудило меня чье-то бормотание и ужасная вонь перегара с еще каким-то запахом. Я спросонья подумала, что Антон успел нахлыстаться, пока я «читала». Но тут что-то ткнуло меня в бок. Открыв глаза, я увидела над собой осоловелые глаза неизвестного парня. Волосы у него были жирные, неопрятные и висели слипшимися сосулями. Мне жутко не понравились его глаза, будто он под чем-то. Помимо водочки. Или что он там пил. - Приве-е-ет, - протянул он и улыбнулся мне. Впереди не хватало пары зубов. Я застонала и натянула на лицо одеяло. Боже, за что? Ну что это за соседи? Когда я начала задыхаться под казенным одеялом, почувствовала, что «прекрасный» незнакомец мостит свой зад на мою полку. Я подскочила будто меня оса ужалила, его мутные глаза не поспевали за такой молниеносной реакцией и продолжали смотреть туда, где только что была моя голова. Я откинула одеяло и соскочила. - Молодой человек, - как можно спокойней начала я, - пересядьте на свое место. - Мхм, - он криво ухмыльнулся беззубой улыбкой, - а мое место рядом с тобой, детка! Боже! Я что, настолько уродлива, убога, ну, не знаю какие еще слова подобрать… Короче, почему вот оно липнет ко мне?! - Если вы сейчас же не пересядете к себе я заору, - рявкнула я. - О-о-о, мне нравятся такие самочки… Тут я не выдержала и просто расхохоталась. Самочки! А он-то кто? Самец?! Кажется, мой новый ухажер воспринял это как знак одобрения и ринулся ко мне с вытянутыми дудочкой губами. Я пыталась увернуться, но знаете ли родные плацкарты не дают никакой свободы действий. В итоге я оказалась в объятиях алкаша-наркомана с непередаваемым запахом «парфюма». - Да отвали ты! – брыкалась я, - Помогите, блин! Последнюю фразу я уже заорала на весь вагон. Я боковым зрением видела, как слева возникла голова лысого мужика, который пытался понять что за ор. В это же время «жених» ослабил объятия, и я увидела Антона, который просто отшвырнул его в коридор. - Сообщите на ближайшую станцию, чтобы наряд прислали! – крикнул он проводнице, - У нас тут пассажир не в адеквате. Отовсюду лезли какие-то люди, причем их стало так много, зато не было никого пока ко мне «сватались». Ухажер кстати, сидел смирно, но продолжал возмущаться словесно. Правда все тише и тише. Я не могу сказать, что испугалась, просто было довольно неприятно. - Ты как? В норме? – спросил Антон. О, как я рада была его видеть, словно муж моряк вернулся из шестимесячного плавания. - Слушай, не думала что это скажу, но я капец как рада тебя видеть! – выдохнула я и как девчонка вытерла рукой под носом. Он расхохотался и сгреб меня в охапку. Ну, ладно, будем считать, что мы подружились. Пока весь вагон обсуждал происшествие, «жених» что-то бормотал рядом с проводником, я пошла в туалет, пока не началась санитарная зона. Как думаете, о чем были мои мысли, пока я висела на железном вонючем унитазе, из дыры которого сифонило как в аэротрубе? При этом мое тело отказывалось расслабляться и делать нужные дела. Так вот, мои мысли были о том, как же я ненавижу поезда. Когда я вернулась, Антон заваривал чай. - Давай, присаживайся, - махнул он рукой, - пей. Мы молча пили чай с конфетами, уж не знаю откуда он их достал. И поезд мерно катился вперед, постукивая и качаясь из стороны в сторону. Стало хорошо, и физически, и морально. - Ну? Давай, рассказывай куда именно ты едешь? Я откинулась назад и, сама того не ожидая, рассказала ему все, про встречу одноклассников, которых не видела тысячу лет, про то что вот такой у меня отпуск, можно сказать никакой, в традиционном его понимании. - Ну, сейчас ты до Лениногорска, а потом? – он зевнул и потер щетину. - А потом суп с котом! А ты куда и зачем? – уточнила я и тоже зевнула. - К родителям, тоже типа отпуск. Сначала был на свадьбе друга, потом к родителям, потом домой. - А дом твой где? - А что? – он сощурил глаза, - Хочешь ко мне в гости заехать? - Коне-е-ечно, - протянула я, - вот только с классом встречусь и сразу к тебе! Мы еще немного поболтали, оказалось, что Антон работает в компании, которая продает дорожные знаки, сетку и всякую подобную фигню, непонятную для меня. Я имела неосторожность упомянуть, что являюсь фармацевтом, он сразу же забросал меня своими туповатыми вопросами, типа а что пить с похмелья, а чем лучше мазать спину, если ее расцарапала горячая девушка и так далее. Чуть позже я соизволила раскошелиться в вагоне-ресторане на солянку, о чем жалела весь остаток пути. Я отравилась. Все вокруг, ели, спали, читали, а я, блин, все время торчала на вонючей аэротрубе, причем совершенно бесплатно. Сэрвис, так сказать. В какой-то момент я отключилась, видимо слабость дала о себе знать. Или, наконец, подействовал «Левомецитин», которым со мной любезно поделилась бабулька, сидевшая у туалета. Видимо, я ей очень уж примелькалась. Я уже и забыла, какие это горькие таблетки – «Левомицетин». Ну, на что только не пойдешь, лишь бы не бегать на горшок. Меня разбудило девичье щебетание. Причем в стиле, как я люблю, когда девчонки при виде парня начинают хлопать ресницами и перебрасывать волосы через плечо. - Да, представляя-я-яешь? – блеял девчачий голосок. Я вяло приоткрыла один глаз. Так и есть. Напротив меня сидела блондинка, то и дело перебрасывая волосы через плечо. Рядом сидел Антон, всем своим видом показывал какой он альфа-самец. Я будто смотрела дешевую мыльную оперу на телеканале для домохозяек. Было смешно, но в какой-то степени, совсем чуть-чуть, грустно. Ведь этот простецкий, немного смешной парень, вроде как мой попутчик, именно мой, причем еще и спаситель. А сидит и флиртует со смазливой блондинкой. Я улыбнулась своим мыслям, вот какой бред несут одинокие девушки. - Эй, я вижу, что ты подслушиваешь! – раздался голос Антона над моим ухом. Я приоткрыла глаза, его щетина закрывала весь обзор. - Отодвинься, - проскрипела я. - Кстати, - он сделал пол шага назад и снова хлопнулся рядом с блондинкой, - вид у тебя, как у побитой собаки. Причем несчастной и грязной. Нормально. Меня только что опустили на глазах у девчонки, которая всеми силами пытается привлечь внимание парня. Я посмотрела на нее. Нда-а-а, сидела с видом Наполеона, завоевавшего Европу. - Привет, - сказала я и улыбнулась. Ну так, чтобы провести опыт. А в ответ тишина. Сделала вид, что не слышит. Судя по поведению, совсем малявка. Лет двадцати, а то и меньше. Видимо, студентка. - Кажется твоя подружка не желает со мной общаться, - сказала я, затолкав ноги в сланцы и встала. Я увидела как она слегка наклонилась вперед к Антону, показав приличное декольте, и прошептала: - А вы с ней недавно познакомились? - Детка, он мой бывший муж, - сказала я и демонстративно пошла в туалет, пытаясь делать это красиво. Сомневаюсь, что получилось, но старалась я прилично, даже зацепила бедром ноги какого-то деда, читавшего газету. Блин, жалко я не видела ее лица. В туалете было занято, я встала у агрегата с водой и разглядывала в окне пролетающие деревья, столбы, поля. - Эй, малыш, если я тебе так понравился, так и скажи! Зачем травмировать психику бедной малолетки? – спросил Антон над ухом. Я демонстративно зевнула. - Просто она меня разозлила, - сказала я, - могла бы и поздороваться в ответ. - Ну-ну, - неопределенно кивнул он. - Ну, ты же ей сказал, что я пошутила? – спросила я, скосив глаза на него. - Нет, конечно, зачем? Я всем корпусом развернулась к нему. - В смысле? Ты поддержал мою байку, что мы бывшие муж и жена? - Да-а-а.. - Зачем? – удивилась я. - Ну, так даже интереснее, теперь у нее есть соперница, и она начнет еще активнее бороться за меня. Я фыркнула, вот это ходок по телочкам, так сказать. Психолог местного разлива. Не растерялся и решил извлечь пользу из моей лжи. С ума сойти. В это время туалет освободился и я скрылась от назойливого взгляда соседа там. В этом долбанном туалете я уже знала каждую щель, скол и выбоину. Мне кажется я большую часть пути ехала именно там. Нда, вид у меня был ни к черту. Под глазами круги, волосы слиплись и висели сосулями, и правда, побитая псина. Я тяжело вздохнула. А мне ведь еще всю ночь пиликать на автобусе до Алексеевки, где и состоится встреча. Я вернулась в свои «нумера». Антон продолжал любезничать с молоденькой блондинкой, а та в это время, по ходу дела зарядила пулемет в своих глазах и готова была приставить меня к стенке прямо сейчас. Видимо, его теория работала. Девочка перешла в наступление. Коротенькие шортики совсем поднялись вверх, показывая абсолютно гладкие, красивые загорелые ножки. Она то и дело пыталась пристроить ноги то так, то сяк, периодически, задевая ими Антона. Я полезла в мобильник, чтобы написать Олесе, что большую, часть пути проехала, приеду завтра утром. Но связи не было, интернета соответственно тоже. Делать было нечего. Я с тяжелым вздохом взяла книжку, на обложке которой был изображен прекрасный полуголый вампир, и снова окунулась в водоворот страстей. Оставшуюся часть пути я вынуждена была слушать щебетание этой куропатки и переживать за героиню, которую похитил враг вампира. Когда проводница объявила, что мы приближаемся к месту назначения, я собралась быстрее всех. Как только появилась связь, телефон чуть не порвало от потока сообщений. Съезжались одноклассники, созванивались, списывались и так далее. Я думала, может, пересекусь с кем-нибудь, чтоб веселее было ехать, но не вышло. Почти все уже выехали в Алексеевку, были на пути к ней, а некоторые даже добрались. А кто-то приедет только через пару часов. Чем ближе дело подходило к встрече, тем больше я начинала волноваться. Господи, о чем я буду с ними говорить? Я же их видела последний раз в детстве! Черт…И понесло меня… На вокзале почему-то была давка, откуда тут все взялись? Городок-то совсем мелкий. Наверное, сразу несколько поездов прибыло. Радовало, что автовокзал находился рядом. Я судорожно прижимала к себе сумку, думая, что воришки есть везде, как в городах миллионниках, так и в мелких. Уже стоя у кассы, я подумала, что так и не попрощалась с соседом. Наверное, некрасиво это как-то, но ничего, он точно переживет это грустный момент его жизни, блондиночка поможет. Мне продали билет без места. - Скажите, а какое место? – любезно спросила я у одутловатого лица в окошке. Лицо глянуло на меня злыми глазами и рявкнуло: - Стоя! Мест нет! Или ждите следующего автобуса! - Японский…, - начала я возмущаться под нос, как тут же была оттеснена в сторону дедом с клетчатой сумкой. Прекрасно. Теперь я буду пилить четыре часа до Алексеевки стоя. В ночь. Когда капец как хочется спать. Оно мне надо было? Спала бы сейчас в своей постели…Жесть просто. Я подошла к шестой платформе, где стоял старый, вонючий «икарус». Боже, эти драндулеты еще существуют. У автобуса толпился народ. Я подошла к бабушке, стоявшей с краю, и заглянула в ее билет. Хм, а у нее билет был с местом. - А что, говорят стоя ехать надо? – спросила я, якобы не зная. Бабули-то у нас в курсе всего, сейчас расскажет все в деталях. Она глянула на меня и с радостью на лице открыла рот, видимо любила поболтать, как и все бабули. И куда это она на ночь глядя? - О-о-о, милая, тут всегда стоя. Места никто не соблюдает, кто первый сел, тот и едет сидя. - Серьезно?! – у меня мелькнула надежда, я быстро глянула в строну дверей автобуса, куда как в пропасть всасывалась толпа людей. - Бесполезно, сидячие места заняли уж, как только автобус подъехал. - А как же вы стоя? – спросила я. Бабусю-то жалко. - А мне уступят, не переживай, я заставлю. Я расхохоталась, вот ушлая бабуля. Не ломится, не скандалит, не бежит забивать место, а просто заставит встать когда все усядутся и поедет себе сидя. Я все еще хохотала, когда меня людским течение занесло в автобус. Бабуля вплыла прямо передо мной и уже согнала какого-то юнца с насиженного места. Тот кряхтя и морщась встал, а она с улыбкой, прыгнула в кресло, причем так резво, словно кошка.

Я не выдержала и снова расхохоталась, она улыбнулась мне в ответ. Мой взгляд скользнул дальше и смех замер. На меня смотрел Антон. Причем он сидел. Он сидел! С блондинкой. Боже, и эта курица едет в том же направлении, и она сидит! Где справедливость? Люди зашедшие после меня, продолжали пихать меня вперед по проходу, требуя, чтоб я продвинулась. Я не сомневалась, что закон подлости сработает в полной мере, и в итоге я встану в проходе напротив Антона. Так и вышло. Ну, не стоять же как овца на закланье. Я тут же водрузила свою сумку ему на колени. - На, держи, знала б что ты… Вернее, я и забыла какой ты шустрый, - сказала я, поглядывая на блондиночку. У той добродушное выражение лица слегка сдулось при виде меня, но учитывая, разницу наших положений, она была довольна. Он невозмутимо обхватил мою сумку и криво улыбнулся: - А не нужно было сбегать! Осталась бы со мной, также бы сидела! - И когда ты успел?! – не выдержала я, - Я же первая сошла с поезда! - Детка, двадцать первый век! Я просто купил билеты заранее! Ну, и я более шустрый! - Ха-ха, - я состроила рожицу в ответ на его ухмылку. Он встал. - Ладно, так уж и быть, присаживайся, - сказал он, пытаясь поменяться со мной местами. - О, ну нет, не нужно делать одолжений, милый, сиди, - сказала я, не отрывая взгляда от расстроенной блондиночки. Хотя на самом деле я, конечно, ждала, что он ступит мне это чертово место. - Не выделывайся, - он задвинул мою сумку под сиденье, обхватил меня за талию и слегка притянул к себе. Пассажиры в автобусе с интересом наблюдали за нашим диалогом а-ля «семейные разборки». - Нет, не сяду, серьезно, - сказала я, пытаясь понять, как он может выглядеть свежим, отдохнувшим, приятно пахнуть, при этом человек ехал в поезде столько же, сколько и я. И да, он ехал с жуткой похмелюги, - я боюсь проспать. Кажется мне выходить около трех ночи. Антон развернул меня и пихнул на сиденье: - Я разбужу. Где тебе выходить? - В Алексеевке, а тебе? – настороженно сощурилась я, он что, туда же едет? - В том же направлении еду, не переживай. Фуф, ну ладно, я знала, что автобус проезжает около десяти населенных пунктов. Хотя… возможно я была бы рада, если б нам было в одно место. Наверное. Черт, это бессонница говорит во мне. - Детка, поменяйся с Лизой местами, - сказал Антон, чуть наклонившись вперед. - Чего? – не въехала я. Затем почувствовала, как блондиночка зашевелилась и осветила забитое нутро автобуса удовлетворенной улыбкой. Ну, конечно, я должна поменяться местами с блондиночкой, чтобы он с ней общался. - Ей раньше выходить, - шепнул он мне на ухо, резко наклонившись вперед. Я какое-то время пыталась бодрствовать, но мерное покачивание вонючего автобуса и похрапывание окружающих действовало как снотворное. Поначалу я боялась проспать свое место назначения, мало ли, может Антон сядет на освободившееся место в салоне, люди-то выходят, и уснет. А потом плюнула, решила, та и фиг с ним. Я же в отпуске, ну проеду, потом вернусь обратно. Приключения, скажем так. В итоге я уснула, даже нет, вырубилась так, что ничего не слышала, не видела, и вообще, надеюсь, я не храпела и не пускала слюни. Меня разбудило что-то, что трогало мое лицо. Я резко дернулась. - Успокойся, - прошептал Антон. Он почему-то сидел на месте блондиночки, - Просыпайся, через пару минут выходим. - Ммм? – я вообще ничего не могла сообразить, спать хотелось просто жутко. Куда выходим? И почему мы выходим? В это время автобус затормозил, испустив запашок жженой резины. Антон подхватил меня под руку и стал тащить к выходу. На улице было жутко холодно. Или мне так показалось после теплого автобуса, где куча сбившихся людей нагрела все вокруг себя. Я ежилась в своей тонкой кофточке. - На, накинь, - Антон набросил на меня свою спортивную кофту. Я зевнула во весь рот, во-первых, его я абсолютно не стеснялась, во-вторых, я так хотела спать, что мне было пофиг. - Значит так, - начал он закинув свою сумку на плечо, - мы приехали на сорок минут раньше положенного, так как автобус не заехал в два поселка, не была туда пассажиров. Он оглядел абсолютно пустую главную площадь Алексеевки. - Тебя никто не встречает и у тебя два варианта, звонить и ждать, когда за тобой придут, или идти самой. Я протяжно вздохнула, и спросила: - А ты-то что тут делаешь? - Я сюда и ехал, к маме с папой знаешь ли. - То есть мы с самого начала ехали в одно место? Черт, да ведь так не бывает! – я передернула плечами от холода. - Как видишь, бывает, и что в этом такого? – он пожал плечами, - Так ты знаешь куда идти, или позвонишь? Я решила позвонить и предупредить, что сейчас приду, а то вдруг Олеся пойдет встречать и разминемся. После коротких переговоров, во время которых Антон курил в стороне, было решено, что я дойду сама, а Олеся меня встретит у дома. - Сама пойду, - сказала я Антону, когда нажала отбой на телефоне. - Ты хоть знаешь куда идти? - Вроде как, - я снова зевнула, - я же тут жила в далеком детстве. Мне в ту сторону. Я показала пальцем в сторону заросшей аллеи. - А тебе куда? Если скажешь, что туда же, я не поверю, ну настолько совпадений не бывает. - Нет, мне в другую сторону, но я тебя провожу. - Скажи-ка, ты что, так ухаживаешь за мной, - снова сказала я, шутя, и зевнула во весь рот. - Не обольщайся, - он зевнул и повел плечами, думаю в футболке было мягко говоря прохладно, - Ты выглядишь, как побитая собака и не в моем вкусе. - Ага, а кто в твоем вкусе? Блондиночки? – слегка разозлилась я. - Ну, согласись, он выглядела круче тебя! – он рассмеялся. - Да пошел ты! – уже серьезно разозлилась я. - Ну, все, все, прости! – он выхватил мою сумку и слегка прибавил шаг. - Телефонами-то обменялись? - спросила я, разглядывая все вокруг. В детстве все казалось таким большим и недостижимым, а теперь домики будто вросли в землю, а двухэтажные и вовсе выглядели смешно. - Конечно! - Кто б сомневался, - пробубнила я, - кстати, вы в каком году сюда переехали? Почему я тебя не знаю? Выяснилось, что Антон с родителями перебрался сюда из Буденовки, которая на сегодняшний день в принципе прекратила свое существование, сразу после моего переезда с родителями. Можно сказать, что мы земляки и учились в одной школе, просто до этого момента не были знакомы. - Так значит, ты остановишься у Олеси Ермоловой? Это та, что печет хлеб? – уточнил он. - Заметь, вкусный хлеб, - вставила я. - Тебе-то откуда знать? Ты ее с тринадцати лет не видела! - Я помню хлеб ее мамы, думаю она ее научила, раз она продолжает мамино дело. - Ну, в поезде, ты говорила, что была звездой младших классов! – ухмыльнулся он. - Так и есть! О, это же наша школа! – я резко остановилась у приземистого трехэтажного здания, - Боже, она же… маленькая…и какая-то…неприметная… - Ну уж не Первая Гимназия Москвы, обычная школа, - оскорбился Антон. - Да я просто…Ну я-то ее помню большой и необъятной! Мы пошли дальше. - Что ты там спрашивал? – уточнила я, - А, да, я была звездой, честно! - И тебя любили все мальчишки? – продолжал он ухмыляться. - Не все! Четверо! Но лично я с самого садика была влюблена в Богдана! Причем по самые уши. - А он? - И он! Мы, кстати, по скайпу как-то болтали, вспоминали те времена, решили, что если не бежали б все в голодные девяностые по разным концам страны, то мы бы с ним стали парой. Не факт, что дело дошло бы до свадьбы. Но за ручку под луной успели б походить. - Он согласился с этим? Осторожно, тут щебень… На этих словах Антона я споткнулась и чуть не грохнулась, он поймал меня под локоть. - Мне кажется, я твой персональный супермен. Я расхохоталась, а потом ответила: - Да, конечно, согласился, он сам это и сказал. - Ну, так что, сейчас увидитесь и первая любовь вспыхнет с новой силой, - сказал он, криво улыбнувшись. - Это вряд ли, у всех уже жены и по пять детей. И у него вроде бы тоже. Одна я такая отсталая и одинокая. - Да ладно тебе жаловаться! То, что у тебя нет постоянного парня, или как я бы сказал, постоянного партнера для секса, не значит, что ты одинокая неудачница. И не говори мне, что у тебя нет регулярного секса, например, с разными парнями за неимением мужа. - Черт, поверить не могу, я в три часа ночи иду по забытой Богом деревне… - Эй, детка, мы так-то считаемся самым крупным поселком района! - Да плевать! Иду с незнакомым парнем и обсуждаю с ним свою половую жизнь… Черт, вот это отпуск. Мечта-а-а, - протянула я со вздохом. Мы свернули в проулок с главной улицы. - Ты не ответила на мой вопрос, - сказал Антон, останавливаясь. - На какой? О сексе? Ты же все равно не поверишь, зачем отвечать. Мы уже пришли? Мы остановились у дома на двух хозяев, обвитого диким виноградом. В окне горел свет, хлопнула входная дверь. - Маша! Ты?! – услышала я голос Олеси, который сразу же узнала. - Я! А где тут калитка? – спросила я в темноту. - Сейчас! Я услышала, как она идет по двору, шлепая сланцами. Я повернулась к Антону: - Нет у меня никаких регулярных и нерегулярных половых партнеров. А тебе спасибо за все, правда, - я стянула с себя кофту и протянула ее Антону, - начиная с простыни в поезде и заканчивая тем, что проводил. - Приве-е-ет! – раздался голос Олеси сзади. - Приве-е-ет! – ну она, конечно, поправилась, все-таки мама двоих детей, да и в принципе она никогда не была склонна к худобе. Но в целом я ее узнала бы на улице в многолюдном месте. Мы с ней крепко обнялись. - О, Антон, привет! А ты тут чего? – удивилась она. - Я к родителям приехал в отпуск, - ответил он, - привет! Встретились с Машей в поезде, вот проводил! Ну ладно, я домой! - Спасибо, - еще раз поблагодарила я, он махнул и исчез в темноте. Я пару секунд смотрела в том направлении, куда он ушел, а потом повернулась к Олесе. - Спать хочу, не могу… - Пошли. Слушай, мы вечером баню топили, там тепло, можно в принципе ополоснуться с дороги. - О, да-а-а! Олеся обняла меня еще раз, на пару секунд стиснув чуть крепче. И так, вразвалочку, мы пошли с ней дом. Я с удовольствием ополоснулась в чуть теплой баньке, хорошенько помыла голову. От еды и всего остального отказалась. Мне постелили в самой дальней комнате на надувном матрасе. Когда я пошла в баню, забыла взять из сумки чистую футболку, поэтому натянула ту, в которой приехала. Когда засыпала, моя последняя мысль была о том, что она пахнет Антоном. Утром меня разбудили девчоночьи голоса, они бурно о чем-то спорили. - Да тише вы! Разбудите Машу! Хорошо хоть не тетю Машу подумала я. А то в моем возрасте все дети меня величают тетей, что бесит просто ужасно. Я хорошенько потянулась, так что чуть не свело ноги судорогой, и встала. Я не знала, была ли Олеся сейчас замужем, когда мы разговаривали в последний раз, она развелась, но мало ли, может хахаль имеется в наличии и возлежит сейчас на диване в семейных трусах. Поэтому я натянула бриджи и пошла на голоса. Олеся на кухне замешивала тесто на хлеб, а две девочки подросткового возраста рассматривали какой-то журнал. - Привет всем! - сказала я. - О! Проснулась! – Олеся правда была мне рада, - Давай сейчас будем завтракать, я думала, успею испечь булочки, но немного проспала. Придется обойтись окрошкой. - Не переживай! Я с удовольствием обойдусь окрошкой! А вы чего кричите? Девчонки с интересом смотрели на меня. Одна была явно старше, сейчас я заметила это. Она была уже девушкой. - Здрасьти, - сказала младшая, - Я- Юля. А это Аня. Мы ей выбираем платье на праздничный вечер. - И что за вечер? – уточнила я. - Ну, она занимается танцами и у них будет что-то типа вечеринки! - Я и сама могу рассказывать, - подала голос старшая. - Ну, дак рассказывай, чего молчишь! – возмутилась Юля. - Хватит спорить! – Олеся махнула на них рукой перепачканной в муке, лучше стол накрывайте, покушаем. Девочки соскочили, и стали опережая друг друга, накрывать на стол, а я взяла в руки журнал. Там были вечерние платья. - Вы его будете покупать? – спросила я. - Кого? – не поняла Олеся. - Платье. - А-а-а-а, да нет, Маринка соседка шьет, закажу ей, правда у меня ткани нет, нужно купить. А сошьет она бесплатно, я потом ей хлебом постепенно буду долг отдавать. Вот так, бартер никто не отменял, а-ля девяностые. Я пошла в комнату и достала из сумки две тысячи. - Девочки, вам на ткань хватит? – спросила я у Ани с Юлей, пока они нарезали хлеб. Нужно было видеть лицо Ани, мне показалось, она сейчас грохнется передо мной на колени. Чтобы понять почему стоило взглянуть на обстановку в доме, они жили о-о-очень бедно. Да, было чисто, пахло выпечкой, но бедно просто до ужаса. Я думаю, что многое Олеська девочкам брала именно так - за хлеб, либо подрабатывала на кого-то. Я знаю, что она и штукатур, и маляр. Короче, налички в этом доме не бывает, либо редко и мало. - Маш, прекрати! – сказала Олеся, - Чего придумала! - Сама прекрати, - я нахмурила брови, - считай, что я снимаю у тебя комнату. - Ну, не за такие же деньжищи! Деньжищи…Если б они узнали, что у меня зарплата тридцать пять, а с премиями и сорок бывает, в обморок упали бы, наверное. - Олесь, хватит, это мой подарок девочкам. Аня осторожно двумя руками взяла эти деньги, прижала их к груди и посмотрела на меня мокрыми глазами оленя: - Спасибо, - выдохнула она. - Не за что, давайте уже вашу окрошку, есть хочу. Настроение у всех сразу улучшилось баллов на сто, мы сели за стол. Окрошка была огонь! С домашним квасом, м-м-м-м, пальчики оближешь. - Маш, я вчера не стала тебя расспрашивать, ты такая усталая была, а откуда Антон взялся? Вот прямо в поезде познакомились что ли? - Ага! Неплохой парень, да? – спросила я. - Понравился? – она лукаво сощурила глаза. - Нет! Вернее понравился как человек, но не как мужчина, не надо на меня так смотреть! - Ну-ну! - Что у тебя растет в огороде? – спросила я, чтобы сменить тему, так как чувствовала, что щеки начинают гореть. Стол стоял у окна, и я видела кусочек парника. Олеся рассказала, что сажает все абсолютно: морковь, картошку, свеклу, огурцы, помидоры, зелень и так далее. Она днем вообще подрабатывает то на ферме у частников, то нанимают ее как маляра, а рано утром замешивает тесто на хлеб. Сейчас каникулы в школе, так что девчонки днем его продают, в их обязанности входит смотреть за огородом. Еще у них появились куры, целых пять штук. Вот слушала я все это и думала, спасибо тебе Господи за мою работу, зарплату, комфортные условия жизни…Мы всегда ноем, что все плохо, нет денег на Турцию, Италию, на норковую шубу. Ребят, сядьте на автобус и езжайте до деревни в ста километрах от вашего города. Посмотрите, как живут люди, не живут, а выживают… И перестанете ныть, гарантированно. После завтрака Олеся поручила девочкам собирать колорадского жука с картофельных кустов, а потом заняться стиркой. А теперь внимание, вы думаете, у нее была машинка автомат или полуавтомат? Нет! "Алматинка". Я даже слова такого не знала! Это такая машинка, типа бочки из советского прошлого, после того как она постирает белье, у нее есть две бобины, в которые засовываешь, например, пододеяльник и вращаешь ручку. Функция отжима называется. У меня просо глаза на лоб полезли. - Ма, а у нас закончился стиральный порошок!- крикнула Юля. - Пошли, сходим в магазин, - предложила я. Что-то желание собирать жука у меня отсутствовало, а вот до магазина я бы прогулялась, заодно куплю что-нибудь вкусное. Олеся дала денег Юле и наказала купить самый дешевый порошок. Я ничего не стала говорить, решила, что куплю им большую упаковку, пусть стирают на здоровье. После коротких сборов мы вышли во двор. Я быстро надела шорты с майкой, собрала волосы в пучок на затылке и подкрасила ресницы. День обещал быть жарким, было утро, а припекало уже прилично. Я окинула взглядом грядки, всего было понемногу, но представлены все овощные культуры, которые мы любим откушать. В углу огорода стояла ванна, старая и ржавая. - Вы из нее поливаете? – уточнила я. - Да, - кивнула Юля. Мы пошли по улице, все было таким родным, и в то же время чужим. Сколько раз я шла по этой дороге в школу, Боже мой. Но многие дома не выдержали развала Союза, их бросали и уезжали, они ветшали и рушились и сейчас местами смотрели на меня пустыми глазницами. Рядом стояли двухэтажки и были целы, невредимы и обитаемы. Проходя мимо очередного двухэтажного дома я, заметила пристальное внимание бабусь на лавке. Думаю, сейчас они умирали от любопытства, кто же я такая, что за новое лицо! - Юль, мама сегодня не работает? - Нет, она эту неделю подработки не брала, так как встреча одноклассников, все же приезжают. Сегодня вечером вы встречаетесь у школы! - Да ладно! Класс! Пока мы шли, на встречу попадались неизвестные для меня люди, а Юля здоровалась со всеми, и они с ней. Когда мимо нас прошла дородная тетка в халате Юлька сморщила нос. - Что ты так? - удивилась я. - Да это мама Петьки, он дерется, а она его защищает. Я улыбнулась. - С кем дерется-то? - Со всеми, даже со мной, - она нахмурила брови. - А может, ты ему нравишься, - я лукаво улыбнулась. - Ага! – она передернула плечами, но щечки предательски порозовели. Эх, девчонки, как же по вам все сразу видно. Я не взяла с собой мобильный, так как утром уже сообщила маме и друзьям, что все хорошо, на место прибыла. Поэтому не знала, обсуждали наши одноклассники сегодняшнюю встречу у школы или нет. Вернусь - спрошу у Олеси. У местного магазина стояла небольшая группа особей мужского пола. Как это ни странно я сразу узнала Даню. Он ничуть не изменился, все тот же веселый смех, заразительная белозубая улыбка. Только сейчас на нем были модные джинсы, фуболка, не дешевые очки. Он, мягко говоря, не вписывался в местный антураж. А потом я увидела его. Я так понимаю, он только что приехал, так как рядом стоял небольшой дорожный чемодан. Богдан. Моя первая школьная юношеская любовь. На нем был надет светлый костюм. Легкие брюки, белая рубашка, на плечо был закинут пиджак. Рубашка была слегка расстегнута на груди, показывая кусочек загорелой кожи. На голове также были очки. Судя по их виду оч-ч-чень не дешевые. О туфлях промолчу. Он увидел меня. Когда эти голубые глаза посмотрели в мои, я опять ощутила то волнение, которое испытывала всю школьную жизнь. Сердце стучало в области гортани, ладони вспотели, я слышала, что ребята замолчали и все посмотрели на меня. А я только на него. Да, у него уже не было той густой шевелюры, что раньше, голова была побрита, но этот человек все равно оставил в моей душе чувство незавершенности и ожидания чего-то большого. Я проглотила сухой ком в горле, подошла и сказала: - А где цыгане? - Чего? – все уставились на меня округленными глазами, пытаясь понять, не случился ли у меня сдвиг куда-либо. Я ткнула пальцем в светлый костюм Богдана: - Ну как же, белый костюм: «к нам приехал, к нам приехал, Сергей Сергеич дорогоо-о-ой…» Все захохотали, как мне кажется с облегчением, поняли, что я не из дурки сбежала, а всего лишь вспомнила фильм. Богдан улыбнулся и, молча, смотрел на меня. Он всегда, всегда, блин, просто, молча, смотрел на меня. В садике, в школе, когда я уезжала. Мне кажется, это было самым тяжелым, лучше б говорил. Я скользнула взглядом по его правой руке. Кольца не было. Я знаю, что он был женат, это однозначно, у него есть сын. Но какова его личная жизнь на сегодняшний день не спрашивала в последнее время в переписке и во время кратковременного общения по телефону. Может, он просто не носит кольцо? - Ты когда приехала? – ко мне подошел щуплый парнишка и обнял. - Привет, Семен! – запоздало узнала я, и тоже приобняла, - Ночью сегодня, у Олеси остановилась! - Привет! – коренастый парень хлопнул меня по руке. - Ой, Ген, привет! Не узнала! - Тут же еще был Илья, Вовка, Толик. Короче, почти все наши парни. Пока Юля нетерпеливо мялась в сторонке, я выяснила, что они поделились на две группы, первая группа живет у Семена, вторая у Генки. И они всей толпой только что встречали Богдана. - Так и чего ты такой нарядный, как на свадьбу? – я мысленно ругала себя за пучок на голове и неуложенные волосы. - Я сразу с работы на поезд, у меня совещание было, договор подписывал и так далее. Я свела брови вместе, пытаясь вспомнить: - Подожди, ты же работал в какой-то судоходной компании? По командировкам мотался постоянно… - Ну, было такое, год назад точно, если не больше. Мы же с тобой давно нормально не общались, так все, укорочено и ускоренно. Меня повысили, я теперь руководитель, ну скажем так, основной ветки предприятия. - Да ладно! Поздравляю! – я посмотрела на остальных, - А у вас как дела? - Ой, народ, - Семен сделал шаг вперед, - давайте вечером у школы все обсудим, а? Я правда рад всех видеть, но мне еще по работе надо сгонять кое-куда и закупить на вечер алкоголь… - Скинемся? – уточнил Даня. - Давай я куплю, - сказал Илья, - а вы мне потом отдадите. Все согласно кивнули. Под дружный гомон часть народа стала расходиться, Илья пошел в магазин сказать, чтобы подготовили коробки с коньяком. Я так поняла, Богдан должен был остановиться в том же месте, что и он, поэтому остался ждать Илюху у крыльца магазина. А может он остался из-за того, что хотел пообщаться со мной? Юлька со скучающим видом прыгала с ноги на ногу. - Как у тебя дела? – спросил Богдан, сделав шаг ближе ко мне. - Хорошо, а у тебя? – тупо ответила я. Он криво улыбнулся, пахло от него сумасшедше. - У меня тоже. Ты красавица, ты знаешь это? – неожиданно сказал он, причем абсолютно спокойно, без всяких пацанских штучек а-ля "я мачо". Мои щеки, кажется, стали пунцовыми. - Ну, хватит, засмущаешь! - Я серьезно. Пока я тупила, что же мне сказать, кто-то хлопнул меня по плечу и гаркнул в ухо: - Привет! Я аж подскочила и круто обернулась. Конечно. Антон. Кто же еще. - Привет! Ты чего пугаешь?! – и в этот момент я поняла, что реально рада видеть его. Он протянул руку Богдану и представился: - Антон. - Богдан. - О! Тот самый!- и Антон многозначительно поднял глаза вверх. Я просто офигела. - Я что, так знаменит? – криво улыбнулся Богдан. - Ну, скажем в определенных кругах, - рассмеялся Антон, легким кивком головы указывая на меня. Я готова была провалиться сквозь землю. В это время Илья появился в дверном проеме магазина и позвал Богдана посовещаться по поводу не то водки, не то коньяка. - Ты что творишь, - зашипела я на Антона и ткнула его в бок. - Ай, - он наигранно схватился за бок, - между прочим, я тебе помогаю! - Да ладно! – я снова ткнула его в бок. - Ай! Еще раз ткнешь, поцелую тебя здесь и сейчас, чтоб твой Богдан увидел… А вот от этого заявления я вообще впала в ступор. Надо сказать, что мое обоняние давно кайфовало от аромата Антона, оно воспринимало его как нечто родное и знакомое. В то время как аромат Богдана был брутальным и чем-то таким недостижимым, чужим. В этот момент я поймала себя на мысли, что становлюсь похожей на ненавистных мною современных героинь бестселлеров. Как правило, в книге, да и в фильме, имеются два красавца, и героиня, как последняя тупая курица мечется между ними, хотя читателю сразу понятно кого выбирать-то нужно. Вампира, а не оборотня, пекаря, а не охотника и так далее. В моем случае все было гораздо прозаичнее. Вампиры как-то в средней полосе России не водились, оборотней пока тоже не встречала. Зато был Богдан, которого я не знала, вернее, знала только в детстве, но частичка моего сердца предательски тянулась к нему из-за незавершенной детской влюбленности, пронесенной через всю мою тридцатилетнюю жизнь. С другой стороны был Антон, обычный парень, балагур, просто попутчик, бабник и все в таком духе. Сейчас он стоял передо мной, вот такой простой, симпатичный, голубоглазый, в каких-то шортах по колено, в растянутой футболке, сланцах, без модного белого костюма, но я четко понимала, что меня к нему влечет в какой-то степени. И чем больше я его узнаю, чем чаще буду видеть, тем больше будет расти это влечение. Если бы не Богдан, думаю девяносто девять процентов, что я согласилась бы на легкий секс в конце отпуска с Антоном. Чтоб он случился, а потом уехать и забыть. И не краснеть на утро перед ним, что я бы обязательно делала, так как я не могу просто позаниматься сексом и считать, что все на этом, было хорошо и ладно. И общаться, как ни в чем не бывало. Антона тоже устроил бы такой расклад. Мне кажется, он в принципе хочет все, что движется. И по какой-то причине он захотел движущуюся меня. Хотя… Женский больной мозг и не такое может сочинить там, где ничего и нет. - Ха! Напугал! – выдала я, отвиснув. Нда, не самый шикарный ответ, но что-то сказать нужно было. - Я, между прочим, тебе помогаю, видно же, что он обрадовался тому факту, что ты о нем говорила, значит, ты ему не безразлична. - Да хватит, - снова зашипела я, к нам шел Богдан. - Ну, как хочешь, и кстати, - он наклонился вперед, - твои шорты просто супер, детка! Его дыхание щекотнуло по щеке и я слегка вздрогнула. Хотелось одернуть шорты, или сделать как-то так, чтобы они превратились в брюки. Антон легкой походкой направился к Богдану, а я не могла оторвать взгляд от вихра на его затылке, какого-то задиристого и смешного, он ему шел. - Давай, - Антон протянул руку Богдану, - приятно было познакомиться! Думаю, еще встретимся! - Взаимно! Они пожали друг другу руки, и Антон пошел по тропинке между тополями, через сквер рядом с магазином. - Знакомый? – уточнил Богдан, когда встал рядом со мной. - Да, причем совершенно новый! - И как? – Богдан криво улыбнулся. - Что как? - Ну, как тебе новый знакомый? - А…, - так и хотелось сказать, что-нибудь такое, как делают девочки, настоящие девочки, чтобы заставить парня ревновать, но я так не умела. - Да, нормально, - ответила я, - слушай, давай вечером поболтаем? А то мне нужно порошок купить стиральный, нас там Олеська потеряла уже, наверное. Юля в это время подскочила ко мне, ей явно осточертело тут стоять. - Да, конечно! – он снова, молча, и долго посмотрел на меня, - Увидимся еще, все обсудим. Этот акцент на «все» обсудим меня доконал. И я почти превратилась в лужицу, но тут каким-то непостижимым образом в моей голове возник образ шкодного вихра на затылке Антона… Твою же… Я реально веду себя, как тупая курица. Я взяла Юлю за руку и бочком вошла в магазин. Отдел хозтоваров был справа, в то время как Илья вышел из двери слева. - До вечера, - кивнул он мне. Я кивнула в ответ, и мы наконец-то пошли выбирать порошок. Конечно, я взяла мешок на пять килограмм, ну чтоб уж им подольше стирать. Юля настаивала на маленькой пачке порошка неизвестной торговой марки. Я не согласилась. Также я взяла им шампунь, мыло, гелем для душа тут как-то особо не пользовались, баня и все такое. Напоследок еще ухватила бутылку моющего средства для мытья посуды. Свиней у них не было, так что вода могла быть мыльной. Для информации: люди в деревнях не моют посуду мыльными средствами, как в Вилларибо и Виллабаджо, так как держат свиней. Они греют воду, в ней все моют, и вот эти помои выносят свиньям. Звучит жутко, но это факт. Я еще заглянула в продуктовый отдел. Печенье в гостинец покупать было бессмысленно, если мама Ани и Юли печет хлеб и булочки. А вот конфет я набрала всяких разных, целый кулек. В итоге у меня в одной руке был мешок порошка, а в другой конфеты и мелочи типа шампуни и так далее. Мягко говоря, было тяжеловато. - Давайте мне пакет, - сказала Юля, когда мы вышли на крыльцо. - Ой, я тебя умоляю, - сморщила я нос, - сама донесу. - А я, между прочим, и потяжелее вещи таскаю! – оскорбилась она и вздернула нос. Я уж хотела расхохотаться, но не успела, передо мной возникло лицо Антона, перепачканное каким-то мазутом. - Ну, все по стандартной схеме, ты в беде, а я спешу на помощь! – его улыбка казалась еще более белозубой на фоне перепачканного лица. - Ты что, упал лицом в канистру с мазутом? – уточнила я. - Нет, я помогаю дядьке трактор чинить. Сейчас иду в ту сторону, - он махнул в том направлении, куда и было нужно нам с Юлькой, - нужно у Сереги Ложникова попросить запчасти. Так помогать, или сама попрешь? Ну, чтоб показать, какая ты крутая и самостоятельная? Он смеялся, а я пихнула ему в руку пакет с конфетами и мыльно-рыльными принадлежностями. Рука уже болела. Он легко перехватил пакет грязнючими руками. - Давай второй, - сказал он. Я хотела было отказаться, а потом решила, что раз строит из себя супер мачо, вот пусть и тащит. Пару минут мы шли, молча, а потом он сказал: - Если тебя интересует, случайно ли я оказался у магазина, могу сказать, что почти случайно. - Это как? – спросила я. - Это значит, что я мог пройти и за магазином, но решил глянуть здесь ты еще или нет. - М-м-м. И многим ты так помогаешь? – спросила я, взглянув на него искоса. Юля до этого молча поглощала шоколадку, которую я ей предварительно вручила. - Я ни разу не видела, - с набитым ртом сказала она, чем вызвала мой смех. - Только тебе, - сказал он, улыбаясь замечанию девочки. - Почему? – не удержалась я. - Ну, мы же с тобой вместе прошли такое испытание, как поезд! Я ткнула его в плечо: - Ну-ка, хватит! Ты вообще бываешь серьезным? Он перестал смеяться и уже более серьезно сказал: - Чего ты пристала почему, да почему. Ты девушка, а я парень, вот и все. И все. И все, блин. Я начала снова злиться на Антона, за то, что он такой спешащий на помощь, на Богдана, за то, что мои детские чувства все еще не зачахли, и на себя, идиотку. Но в данную секунду на Антона я злилась больше всего за вот это «и все». Я ведь ждала, что он как любвеобильный парень начнет петь мне дифирамбы. Мы уже подошли к калитке, Юля выхватила у Антона пакет с порошком: - Пойду стирать, а то мама уже потеряла, наверное. - А еще, - неожиданно для себя самой сказала я, - просто потому что ты парень, а я девушка, ты меня уже два раза провожаешь домой. - Ну да, - он снова улыбнулся. - А еще девушка с парнем бывает целуется…Ну, просто потому что он парень, а она девушка, - меня несло. - Ну, бывает, согласен, - его улыбка стала шире. - А еще, открою тебе секрет, парень с девушкой делают тако-о-ое…, - начала я. - Маш, - его лицо просто за долю секунды стало серьезным, даже глаза перестали улыбаться, - бывает такое, что парень не всегда понимает девушку, потому что он парень, а женская логика не самая простая вещь на свете. Скажи мне, чего ты хочешь? Я, молча, смотрела на него, пытаясь понять, что он хочет услышать, и о чем он вообще спрашивает? - Ты хочешь, чтобы я сказал, что хочу тебя поцеловать? Хочу. Еще когда в поезде увидел, хотел. Или ты хочешь услышать, что меня влечет к тебе, и я готов хоть сейчас заняться с тобой сексом? Влечет. Готов хоть сейчас. Думаю полоски мазута с моих рук просто шикарно смотрелись бы на твоей…кхм…коже… А теперь держи свои конфетки, - он резко сунул мне пакет в руки, - и иди, пока я не сделал все, о чем только что сказал. И рекомендую такие беседы со мной не заводить без… продолжения фактического, я не любитель платонических отношений. Он развернулся и пошел по аллее, а я стояла, просто раскрыв рот. Как можно сорок восемь часов назад увидеть человека и вести с ним вот такие беседы? Вот так? Сразу? Так бывает? При этом часть меня оо-о-очень хотела догнать его и затащить в кусты. Вот это да, такого я за собой никогда не замечала, крышу у меня не сносило ни разу в жизни. Да, был такой «стоп» сигнал в лице Богдана, но… что я о нем знаю? Может, он вообще женат и кто я в его жизни? Максимум любовница. Хотя, судя по Антону, с ним также не светит долгосрочных отношений, только секс.

Черт. Я поставила пакет на землю, уткнула руки в бока. Ну и какого хрена мне теперь делать? Целоваться с ними, блин, по очереди что ли, как курицы из тупых книжек, чтобы понять, от кого искра пошла, а от кого нет? - Ты чего тут торчишь? – раздался голос Олеси из-за дикого винограда. - Думаю, - ответила я, подхватывая пакет. - О чем? – уточнила она, когда я уже вошла во двор. - Слушай, Богдан женат? – неожиданно выдала я. - Нет. Развелся около года назад, вроде бы, а что? Я мысленно застонала, что-то легче не становится. - Да что случилось-то? – снова спросила Олеся. - Если коротко, то я веду себя как полная дура, - я села на край ванны с водой, - мы с Юлей встретили сейчас наших ребят… - Знаю, доложили, - Олеся улыбнулась и села рядом. - Среди них был Богдан, и я подумала, что ничего не изменилось с тех самых пор. - А можно понятнее? Я не психолог, знаешь ли… Я рассмеялась, а потом сказала: - Когда я ехала сюда, то у меня не было никаких мыслей по устройству личной жизни, и я не задумывалась о том, что неплохо бы завести эдакий курортный романчик. А потом я встретила в поезде Антона… - Ага! Я так и знала, что неспроста он тут в джентльмена играет! - Подожди, - перебила я ее, - так вот, сначала, да и сейчас периодически, я отношусь к нему, как к прикольному новому знакомому. Но есть что-то такое…Короче, меня немного к нему влечет… - Немного? - Олесь! Я и двух суток его не знаю, блин! Я вообще от себя в шоке, конечно НЕМНОГО влечет! - А если это любовь с первого взгляда? - С первого взгляда я решила, что он алкаш какой-то. Она расхохоталсь. - Ладно, дальше давай. - Мам, я все! – крикнула из дальнего конца огорода Аня. - Хорошо, иди, помогай Юле. Я дождалась, когда девчонка скроется в доме и продолжила. - Так вот, я думаю, что к концу моего пребывания здесь, после пары встреч с ним, я согласилась бы на секс. Ну, так как я не могу переспать с парнем, а потом сказать «о, милый, все было супер, будем друзьями». Для меня это все равно что-то значит и… Короче, я бы стеснялась, краснела…Ну, знаешь, я бы переспала с ним не знаю, за пару дней до отъезда, чтобы не позориться. Ты считаешь меня идиоткой? - С чего вдруг? Нам не по пятнадцать лет, я просто считаю, что ты застряла где-то в двадцатилетнем возрасте со своими взглядами на секс. У тебя нет мужа, семьи, и он один, что тебе мешает заняться с ним сексом прямо сегодня? Зачем ждать последнего дня? И вообще, что в целом мешает тебе заняться с ним сексом? - А это самое печальное, - я вздохнула, - Богдан. Мы с ним как-то общались по скайпу, но он тогда был женат. Уверена, если бы не семья, мы бы встретились на нейтральной территории, чтобы проверить наши детские чувства. Он до сих пор помнит ту влюбленность, как и я. Мы это обсудили, пожалели, что не нашлись раньше, а когда он женился. Потом какое-то время не общались, и тут эта встреча. Да, мы созванивались, но я была уверена, что он женат и таких тем не поднимала. Да мы и не говорили долго, так парой фраз перекинемся и все. А сегодня я его увидела… - Только не говори, что увидела и поняла - люблю! Значит парня, которого она знает двое суток, отшить можно, потому что, видите ли, какой может быть секс через два дня знакомства, а какой-то Богдан, который фиг знает кто, может тебя привлекать, и хотеть его можно в первые же секунды? - Чего разоралась-то? – хмуро спросила я. Олеся реально повысила тон на пару децибел. - Потому что сама себе противоречишь. Ну ладно, увидела ты Богдана и что? - Да ничто! Просто когда я его вижу, у меня такое ощущение, что еще не все закончилось, понимаешь? И будто я знаю, что он думает также как я, чувствует также как я! - Да ты его видела три секунды! Он, может, стоял и думал, что котлетку с томатным соком хочет… Я расхохоталась на весь двор. - Почему именно котлетку? - Не важно, ты поняла мою мысль. - Конечно, поняла, я вообще решила, что я схожу с ума. У меня никогда не было таких сомнений по поводу того нравится мне парень или нет, нравлюсь я парню или нет, и тем более я никогда не металась между двумя незнакомцами… - Ага, прекрасными незнакомцами… Мы похихикали. - А знаешь что, - сказала Олеся после пары минут тишины, - я считаю, что тебе просто нужно время. И учитывая, как стремительно у тебя случается любовь с первого взгляда, времени надо не так уж и много. Тебе нужно просто с ними пообщаться. Ты обязательно поймешь и их, и себя. - И как я пообщаюсь с Антоном? - Также как ты с ним общаешься уже два дня. Встретишь его и поговоришь. Ты в деревне детка! Тут каждый день встречаешь одни и те же лица, даже если этого не хочешь! - Добрый день! Хлебушек купить можно? – спросила какая-то толстая тетка у калитки. - Можно через минут сорок! Печется еще! – крикнула Олеся. - Хорошо, спасибо, зайду, - кивнула тетка и пошлепала желтыми сланцами в сторону двухэтажных домов. - Ладно, хрен с ними, с мужиками, чем тебе помочь по дому? - Пошли, приготовим обед. - Пойдем. И расскажи о себе. Где вообще твой муж? - Пьет где-то…, - начала рассказ Олеся, пока шли к дому. Ну, все по стандартной схеме. Замуж вышла рано, он пил, не работал, даже поднимал на нее руку. Я вот только одного не понимаю, если так все плохо, зачем рожают второго ребенка? Я не удержалась и задала данный вопрос. И услышала самый странный ответ в стиле русской бабы: надеялась, что это исправит ситуацию в семье. Вы уже жили …цать лет вместе, у вас есть дочь и все плохо. Как рождение еще одного ребенка, которое влечет за собой определенные финансовые траты, требует максимального внимания родителей, может исправить ситуацию? Тем более если муж алкаш. Да это может только ухудшить дело. Правда эту мысль я высказывать не стала. Короче, наступил день, когда Олеська устала кормить этого козла, устала от того, что он ворует у своих же детей, чтобы выменять что-нибудь на бутылку, и выгнала его. Вроде бы он потом уехал на заработки и где-то там пропал. Хорошо, что она с ним официально разведена, а то вот так явится неожиданно в какой-то момент и начнет трясти с нее часть имущества. Мы приготовили борщ из свежих овощей, я помогла девчонкам убраться, ближе к вечеру мы полили огород. Весь день за хлебом приходили толпы людей, среди них жена Генки, у которого остановилась половина нашей массовки мужского пола. Я познакомилась с этой милой толстушкой Людмилкой, она мне понравилась, положительная и веселая. - И как ты их там всех кормишь? – спросила Олеся. - Да они столько еды накупили, что уедут, а мы месяц будем доедать. Сегодня встречали Ромку из Германии, тот еще и чемодан конфет приволок с собой! - Ой, блин, а я и забыла про него, - я одной ногой скребла другую, меня цапнул комар, - обалдеть, даже Ромка из Германии прилетел! -Ну! Готовитесь сегодня у школы встречаться? Я своему уже рубашку с брюками нагладила! - Да чего там готовиться, - пожала я плечами, ополоснусь и в платье запрыгну. Мы еще немного поболтали, Юля с Аней растопили печь в бане, совсем немного, чтобы просто слегка ополоснуться теплой водой. Чем ближе дело было к вечеру, тем больше я волновалась. Хотя все уже итак было лучше, чем я ожидала, лучшая подруга школьных лет продолжала быть хорошей подругой, не смотря на долгое время, что мы не виделись, не смотря на разницу в финансовом положении и так далее. Да и ребята у магазина довольно тепло встретили меня, хотя некоторые, наверное, с трудом вспомнили. Но самое главное волнение было связано с Богданом. В итоге я решила последовать совету Олеси, и просто подождать. Что будет, то будет, и черт с ними со всеми. Я переписывалась со своими подругами, созвонилась с родителями, короче, всем кратко отчиталась о моей жизни в деревне. Наступил момент встречи с одноклассниками. Когда мы вертелись у зеркала, я совершенно четко поняла одну вещь: сама того не желая, я выглядела как гламурная стерва. Правда. То есть с моей среднестатистической зарплатой фармацевта в городе можно было одеться так, чтобы выглядеть как первая леди. Ладно, я хоть не додумалась взять с собой черное платье, в котором ходила на свадьбу к подруге. Думаю, я бы совсем не вписалась в местный антураж. Олеся надела платье, которое, на мой взгляд, больше походило на халат. Мне было ее жалко. Не из-за дурацкой одежды, а в целом: ее образ жизни, работа с утра до ночи, беспросветно, постоянное неимение денег, и при этом желание поднять дочерей, дать им достойное образование, красиво их одевать и так далее. Я бы с удовольствием выделила ей свое платье, чтоб хотя бы на один вечер она чувствовала себя королевой. Но слишком большая разница в размере не позволила этого сделать. - И чтобы спать легли вовремя, нигде не шныряли! – крикнула Олеся в приоткрытую дверь дома. Я ждала ее у калитки, продолжая почесывать одну ногу о другую, в том месте, где меня тяпнул комар. Я надела платье цвета кофе с молоком, прямое по колено. По бокам и плечам оно было расшито сеткой с выбитыми на ней цветами. Сетка была более темного насыщенного цвета, платье смотрелось офигенно. Я его любила еще и за то, что оно не мялось. Также я надела туфли абсолютно простые, светлые, но, тем не менее, на каблучке. Клатча у меня отродясь не бывало, но имелась небольшая сумочка на длинной цепочке, так что я туда еле запихнула кошелек и телефон. Само собой укладка и макияж. Кроме того, я накрасила Олеську, уложила ей волосы. Мне кажется, она сама была в шоке от того, какой может быть. Еще бы платье другое… Мы медленно пошли по аллее в сторону школы. - У тебя такие классные духи! – сказала Олеся, улавливая аромат, исходящий от меня. - Хочешь тебя сейчас пшикнем? – рассмеялась я. - Не нужно меня пшикать! Я полезла в сумочку, но вспомнила, что парфюмерную воду с собой не взяла, так как она не проходила по габаритам в мой редикюль. - Блин, не взяла, - сказала я. - Привет, девочки, - раздался голос откуда-то слева от нас, и повеяло запахом сигарет. Мы оглянулись. У кустов курили Даня и Семен. - О, привет! – сказала я, разворачиваясь к ним, - Вы чего здесь? - Да, курим, у школы уже почти все собрались! – сказал Семен. - Маш, ты одна приехала, говорят? - Ну да, - я сдвинула брови, - а с кем нужно было? - С мужем, - рассмеялся Даня. - А! У меня ж его нет! - Даже гражданского? – снова уточнил Даня. Чего это он? Детство вспомнил, чувства детсада нахлынули? - Что значит ДАЖЕ гражданского? – хихикнула я, - Он что, дефектный какой-то в отличие от обычного? - Можно и так сказать! – согласно кивнул он. Олеся пихала меня вбок и подмигивала так, как это делают в тупых комедиях, у нее подмигивали все мышцы лица, короче ни разу не было заметно всем в радиусе двух метров. - А ты с женой? – спросила я в ответ, хотя прекрасно знала, что он разведен. - Я же развелся давно, - ответил он, махнув головой, и я почувствовала запах алкоголя. Видимо уже приложились к бутылочке пару раз, а то и больше. - Почему развелся? – я слегка отступила назад, мне жутко не нравился весь его подпитый вид. И запах тоже. - Дура была! Я бы могла возразить, что проще всего свалить всю вину на бывшего или бывшую. Но деликатно промолчала, не хотела развивать эту тему. - Может, пойдем к школе? – спросила Олеся, я так понимаю, чтобы увести разговор в другое русло, а нас к школе. Мы стали медленно идти к школе, причем Даня все пытался пристроиться рядом со мной. У поворота на территорию школы стояла Дашка и курила сигарету. Вот кого-кого, а ее я бы узнала хоть когда и хоть где. Она меня жутко, просто до ужаса бесила в школе. Нет, мы дружили, как одноклассницы и никто никого не лупил, как это модно сейчас. Но она реально недолюбливала меня, а я ее. Не могу даже сказать за что. Сейчас спустя столько лет, я думала это пройдет. Но стоило только ее увидеть, как волна раздражения прокатилась по мне с новой силой. - Приве-е-е-ет, Маша-а-а-а, - проблеяла она. Как всегда, ее очень «искренняя» улыбка добила меня. - Привет, - я растянула губы в улыбке и мы даже обнялись. В эту минуту я думала на кой черт я сюда приехала? Лучше б в гости к друзьям поехала на Север, тысячу лет их не видела. - Привет, а что у нас место сбора у входа на территорию школы? – раздался монотонный голос Богдана. Меня будто кольнули иголкой в пятую точку, я подпрыгнула на месте. И обернулась. На нем были строгие брюки, слегка сужающиеся, рубашка глубокого синего цвета, и эти глаза. Он снова, молча, смотрел на меня, ничего не говорил, но будто волны проскакивали через мое тело. Как-то так само собой получилось, что мы пошли парами, Даша с Даней, Олеся с Семеном, а я с Богданом. - Как у тебя впечатления от одноклассников? – спросил он в тишине летнего вечера. - Да пока нормально, с Олесей вообще хорошо, я будто снова в детство попала и она снова моя подруга. А что? - А мне с ними скучно. - То есть? – опешила я. - То есть я далек от такого образа жизни, у меня другие интересы и я сталкиваюсь с тем, что мне с ними и говорить-то не о чем. - Да ладно, - я толкнула его в плечо, - не выделывайся. Безусловно, они проще тебя, обычные, простые деревенские люди, а ты немного сноб и понтодел. - Кто-кто? – рассмеялся он. - Ты понял кто, - я улыбалась. Он снова молчал и смотрел. - Перестань так на меня смотреть, - сказала я. - Как так? - Так будто ты говоришь со мной глазами, - пояснила я Богдану. - Такой формулировки я еще не слышал, – улыбнулся он, - ну будем считать, что я посылаю тебе мысли и надеюсь, что ты их поймаешь и прочтешь! В этот момент, не знаю почему, он мне показался нудноватым. Идеально выглаженные вещи, размеренный шаг, никаких резких движений, и речь о ловле мыслей… У меня было две версии: либо передо мной министр иностранных дел России, либо уверенный в себе педант. Вторая версия перевешивала. Все-таки чем человек проще, тем легче с ним общаться. - А чего вы все по отдельности идете? – удивилась я, - Живете-то все в двух местах. - Ну, Илюха, Генка и Ромка бронируют, так сказать, нам столик в местной кафешке, повезли туда коньяк, кто-то решил выпить перед встречей, кто-то еще домашние дела доделывает… - Короче, - перебила я его, - тебе было с ними скучно, и ты как самый умный, стильный и продвинутый пошел к школе сам! - Можно и так сказать! – Богдан смеялся. - Что еще нового в твоей жизни? Кроме повышения по службе… - Да ничего, - Богдан пожал плечами, - все монотонно. - Ты как обычно, все из тебя выуживать нужно. А жену куда дел? - Да там же живет, замуж вышла. - О, как! – я вглядывалась в его лицо в поисках признаков расстройства. - Бывает…, - также пожал он плечами. Зануда. - А ребенок? У тебя ведь кажется сын? - Да, сын. Ну, с ним я, конечно, вижусь. Одежду покупаю, помогаю, беру на выходные, все как положено. - Не хотел ради сына семью сохранить? - Зачем, если двое недовольны друг другом и постоянно скандалят это уже не семья, и ничего хорошего для ребенка в этой атмосфере нет. А ты как? – неожиданно спросил он. - Что как? - Ну, как живешь? Почему не замужем? Мне кажется, мы давненько с тобой по скайпу общались, был какой-то парень. - Ну, ты вспомнил времена царя Гороха, - я сморщила нос, - даже не помню, кто там был типа моим парнем. - Почему типа? – удивился он. - Ну, не могла же я своей первой школьной любви, которая пребывает в счастливом браке сказать, что я одинокая и никому не нужная. Он расхохотался. - Ты красавица, я говорил тебе это, и еще буду говорить, – сказал он, неожиданно перестав заливаться смехом. Я даже вздрогнула от этого резкого признания. - Знаю. Слышала уже, - шутя, отмахнулась я. - Я серьезно, - без улыбки сказал он приглушенным тоном. Впереди громко, даже немного истерически, смеялась Даша, повиснув на руке Дани. Он обернулся и посмотрел на меня. Почему-то я вспомнила «ухажера» из поезда, и сразу же Антона. Где он, интересно? Мне кажется, Богдан ждал какой-то моей реакции, потому что пока я витала в облаках, он что-то буркнул типа «ну ладно» и целенаправленно двинул к школе, потянув меня, как на буксире. Здесь стоял практически весь мой класс, правда народу было очень много, в том числе и вообще неизвестные мне люди. Когда все развалилось и многие уехали в крупные города и Германию, из близлежащих деревень и сел перебралось много народа сюда. Так что, можно сказать, мой класс пополнился новыми лицами. Их я не знала совсем. Мы все обнимались, целовались. Здесь были и Оксанка, наша жгучая брюнетка, и Ромка, Юля, у которой что в детстве, что сейчас, кудрявая копна волос смахивала на мочалку, Люба, которая была беременна то ли четвертым, то ли пятым малышом. Толик, Даня, Сема, Вовка, короче, все кого я знала, и не очень. Всего нас было человек тридцать, и над школьным двором стоял гул. - Ребята! – крикнула Лиля, наша можно сказать староста, - Давайте как-то упорядочим наше общение! Предлагаю перейти на стадион за школой, сесть на лавки и поговорить нормально! А потом в кафе! Все одобрительно зашумели. Я в это время общалась с Оксанкой. - Слушай, а почему не приехала Марина Леонидовна, - спросила я Оксану о нашей первой и любимой учительнице. - У нее внуки заболели сильно, детали не знаю, у Лильки надо уточнять. Мы медленно шеренгой шли за школу. Я с интересом разглядывала это серое здание, которое раньше мне казалось большим и красивым. Почему бы не собраться тут днем, когда школа открыта? Посмотреть что там внутри. Нужно предложить. И заодно узнать, где все наши учителя. Мой взгляд упала на толпу. В этот момент я четко могла сказать, что я, Ромка, Богдан и Лиля не вписывались сюда. Мы были одеты по-другому, конечно, я себе льщу, но не побоюсь сказать, что мы были одеты дорого и со вкусом по меркам местного населения. Немного отличались также Илья и Даня, возможно, потому что жили в городе. Остальные были такими колхозниками, что просто атас. И все бы ничего, у меня не было чувства превосходства, или злорадства, но я постоянно ловила на себе взгляды девчонок, оценивающие, завистливые, девчачьи короче. На Богдана, разумеется, тоже смотрели с вожделенным интересом, но он немного отталкивал своей правильностью и показной холодностью. Девчонки просто боялись оказать ему свое внимание. Дашка продолжала виснуть на Даньке, и почему то называла его Енотиком. - Ну вот! – проорала Лиля, когда вся толпа расселась на трибуне стадиона, - Все сели, а теперь предлагаю, чтобы каждый встал и сказал о себе пару слов. Кто когда уехал, приехал, чем и как живет! Ясно? Все одобрительно загукали и закивали головами. Что ни говори, а если ты была старостой в детстве, то ты до пенсии староста. Это в крови. А дальше началась такая тягомотина. Пока мои родные одноклассники вставали и кратко что-то говорили, я с интересом слушала. Но вот толпа непонятных колхозных теток меня вводили в ступор. Во-первых, их было три Наташи. Все они были дородные большегрудые российские бабы, по-другому не скажешь. У каждой муж работал в поле, но вот виды трактора или что там я не запомнила, и потому никак не могла идентифицировать где какая Наташа. Думала запомнить их по количеству детей, но у каждой было мно-о-ого детей, не вариант. Одежда также представляла собой лосины и сверху какие-то пестрые туники. У всех троих. В итоге я плюнула на это дело. Мысленно послала их и ждала своей очереди. В данный момент я напоминала городскую лощеную стерву, а в принципе ею и была. Передо мной встала толкать речь Люба. - Привет всем, мои хорошие! Ну, меня все помнят, я с половиной класса училась в начале, а со второй половиной заканчивала школу. У меня все хорошо, я живу в небольшом поселке в пятидесяти километрах отсюда, у меня любящий муж, три сыночка и ждем лапочку дочку! И давай наглаживать свой выпирающий живот. Слушайте, возможно, я плохой человек, эгоистка, или как это назвать, но вот такого счастья я не понимала. Я точно знаю, что у Любы очень слабое здоровье. У нее проблемы со зрением, врачи ей даже рожать запрещали под страхом того, что она могла ослепнуть. В результате какой-то травмы, аварии что ли, она оглохла на одно ухо, у нее также были проблемы по-женски, как говорят в народе. Детали не знаю, но удаляли кисту вроде бы. Господи, да пожила бы для себя и того же любящего мужа! Нет, она продолжает плодиться и размножаться. Простите за грубость, и да, это дело каждого, и понятие счастья у каждого свое. Но мне тяжело понять, что же такого счастливого сидеть безвылазно в деревне с коровами, не имея возможности свозить детей даже в ближайший городок на карусели, потому что у тебя их полчище, не хватает денег и забот по дому выше крыши. Ты не можешь всем детям купить новые и красивы вещи. Покупают старшему, остальные носят то, что досталось по наследству от братьев. Сама больная и кривая, будто прошла все войны с начала двадцатого века. Но, блин, ждет лапочку дочку. Нет уж, спасибо. Меня даже передернуло. Все одобрительно гудели и улюлюкали. Я посмотрела в сторону, где сидел Богдан. Он легким кивком головы позвал меня к себе, указав на пустое место рядом с ним. В первую секунду я даже застеснялась, а потом решила, что за бред, все взрослые люди, я не видела одноклассника много лет, не могу я, что ли, посидеть рядом с ним? Я под аплодисменты, адресованные Любе матери-героине, проскочила к Богдану. - Я подумал, что у тебя лицо перекосит во время речи Любы, - сказал он тихо, ухмыляясь. - Меня итак почти перекосило, - ответила я, - было заметно? - Мне да. - Ну, ты как любящий отец меня осуждаешь? – уточнила я, причем на самом деле я поняла, что мне пофиг осуждает он меня, не осуждает. Это мое субъективное мнение. - Нет, начнем с того, что я не понял из-за чего такая реакция? Из-за самой Любы? Или именно дети вызывают у тебя такие эмоции? - К самой Любе я отношусь хорошо, может, ты не помнишь, но мы даже дружили в начальных классах. Не так, как с Олесей, но все-таки. - Ну и? - Ну и мне непонятно, - шептала я ему, пока передом мной выступала Оля, которую лично я видела вообще впервые в жизни. Она, насколько я поняла, присоединилась к ним в десятом классе, то есть уже ближе к окончанию школы, - как можно хотеть много детей с ее состоянием здоровья и финансовыми возможностями? - А что у нее со здоровьем? – удивился Богдан. Я просто махнула рукой. - Слушай, - продолжал он, - я не знаю, что там у нее со здоровьем, но лично я хотел бы детей побольше. Ну, двоих минимум. Мне кажется, это не просто классно, когда у тебя большая семья, это просто…ну, не описать словами… Я закатила глаза и приготовилась к долгому спору, но в это время на нас шикнула Лиля. Мол, чтобы мы не мешали выступлению Ленки. Лена была угрюмой большой девочкой, почему то всегда с нахмуренным лицом. В тридцать лет не особо что изменилось. Она, кстати, как и я, не была замужем. Ни разу. - Привет всем. Ну, у меня ничего интересного, живу недалеко отсюда, примерно семьдесят километров, работаю помощником бухгалтера, - он поправила огроменные очки на переносице, - рада всех видеть. Вот это «рада всех видеть» было сказано с таким выражением лица, будто означало, что сейчас я вас расстреляю. Мне стало смешно, и я хихикнула, как вдруг Лиля объявила мой выход. Когда я ехала сюда, все равно волновалась. Как встречусь, что скажу, что обо мне подумают. Но сейчас, сидя здесь, я поняла, что мне все равно. Я совершенно четко осознала, что у меня уже есть сложившийся круг друзей, близких и лучших. Все эти люди навсегда для меня будут лучшими одноклассниками в моих воспоминаниях. Я на самом деле рада, что приехала сюда, рада, что возобновлю отношения с Олесей, наверное, и с Лилей, Богдан вообще отдельная тема. Но все остальные – просто все равно. Я искренне рада их видеть, но мне плевать на их мнение. Поэтому я встала совершенно спокойно, в отличие от хмурой Лены, которую явно во время выступления потряхивало. - Привет всем, - я широко улыбнулась, - меня многие не помнят или не знают, так как я переехала отсюда очень рано. Меня зовут Маша. Отлично помню, как Генка списывал у меня математику, Данька пытался поцеловать в раздевалке у шкафчиков… Все дружно захохотали. - …Семен молча вздыхал глядя на меня, - продолжала я выпендриваться под дружный хохот, - но ребят, мне было глубоко плевать на ваши чувства, так как мы с Леной любили Богдана! В этот момент Лена покраснела, а все расхохотались, в том числе и Богдан. - Я рада видеть вас всех! Оксан, ты красотка, все детство умирала от зависти, глядя на твои шикарные волосы! Люба, я на такие жертвы как ты не способна, но раз тебе хочется много детей, то пусть их будет еще больше! Лиль, извини, но ты до самой пенсии будешь староста, а на пенсии старшей по дому, стопудов! Все снова захохотали. Короче, я перечислила весь свой класс, вернее тех, с кем действительно училась, а завершила приветственную речь оскорблением Наташ: - Короче, я рада всех видеть, спасибо, что позвали! Но вас девчонки, вот целая шеренга, - я ткнула пальцем на лавку, где сидели человек десять, - я вообще не знаю, но рада, что вы пришли. Все снова похихикали. Лиля уже было хотела усадить меня обратно, как я сказала: - Это еще не все! Надо же теперь про себя рассказать! После этого все просто ржали, а Богдан прокричал: - Лиль, выгоняй ее, а то мы до кафешки не дойдем, так и будем слушать ее биографию! - Главное, что ты не замужем! – прокричал Данила. Мне показалось, что его еще больше развезло. Не пойму, когда он пить успевает, может у него фляжка дежурная в кармане? Короче, меня заставили сесть на место и дослушать до конца представлявшихся ребят. - Что Даня пьет по-тихому? – уточнила я у Богдана. - Видимо, - пожал он плечами. После официальных представлений все будто выдохнули с облегчением, все загалдели, заговорили. - Народ, у нас тут предложение! – прокричала Лиля, - Сегодня мы, конечно же, идем в кафе, посидим, так сказать цивилизованно, отметим нашу встречу! А как насчет похода с ночевкой завтра? Как раз жару обещают! - О, круто! – Даня с Семеном одновременно кивнули головой. - Конечно, давайте, - Олеся с Наташами дружно кивали головами. - Легко! – крикнул кто-то. Короче, сомневались только местные жители, которые не были в отпуске, и им нужно было на работу. Сразу стали думать, как бы отпроситься, или взять пару дней в счет отпуска. Но были проблемы поважнее. Местных было несколько, а все остальные приезжие, просто у многих здесь жили родственники. На ночь, короче, было где остановиться, а вот палатку найти – вопрос большущий. Мы встали в большой круг и стали распределять, кто за что отвечает. Пацанам: Илюшке, Богдану и Ромке достался поиск палатки. Фигня, что были они не местные уже лет …цать. Наташам и другим неизвестным людям дали задание обеспечить народ походными котелками и ведрами, в общем посудой. Было решено в поход пойти завтра после обеда, то есть с утра нужно было все организовать. Нам с Олесей достались пункты: одеяло, хлеб, картошка. Ну, естественно, я еще что-нибудь возьму из еды, все возьмут понемногу. Люба вызвалась мариновать мясо. Короче, дележка шла полным ходом, все орали, галдели, перекрикивали друг друга. - Народ, тише, тише! – орала Лиля в попытках хоть как-то организовать эту толпу. Когда кое-как всем раздали задание кому и что добыть, стали обсуждать, как же мы туда все это дело попрем. Поначалу думали пешком, идти не так чтоб далеко, минут тридцать – сорок. Но потом как прикинули, сколько барахла с собой. В итоге приняли решение, что Семен наймет какого-то дядьку, который имел в арсенале ЗИЛ. Мы погрузим в него всю тряхомудь и себя, и докатим с ветерком в прямом смысле. В кузове. Место сбора главная площадь поселка в двенадцать. Всем у кого предполагались тяжелые сумки или вещи, например, наша картошка, выделялся помощник. Распределяла всех Лиля по какому-то своему принципу, нам с Олесей достался Толик. Молчаливый смуглый парень, отец трех дочерей. Я смутно помнила его из школьной жизни, он всегда вот также торчал где-то в сторонке и молчал. Я, как влюбленная пятиклашка, в напряжении ждала, куда же денут Богдана, к кому его направят в качестве помощника. В итоге он остался в мальчуковой группировке, ответственной за погрузку. После того, как, наконец, все было решено, и галдеж спал, мы пошли толпой в кафешку. - Ромка! – крикнула Оксана, - А помнишь тут раньше шли коровы по вечерам, табун… - Ну? - А мы с тобой кидали камни в коровьи лепешки, чтоб они там медленно тонули… - Фу-у-у, - сморщила нос Лиля под общий хохот. - А один раз, - не унималась Оксанка, - мне отрекошетило прям на новые штаны, Ромка кривоглазый так неудачно бросил. Все снова захохотали. - А я боялась, что дома отругают. Вон там была колонка, - Оксана махнула головой в сторону перекрестка, - замыла какашки кое- как. - Да ты весь день г…ом воняла! – не выдержал Ромка, - Я это точно помню! - Да иди ты! Я тоже помню из-за кого я так воняла! Все снова захохотали. - Девчонки, а помните мы шли в поход и пели песни, - встряла я. - Какие? – оглянулась «любимая» Дашка. - Да, я помню! – встряла Юля с курчавой копной, - все ушли и даже мама, серый дождь идет с утра… - О-о-о, - перебил ее песнопение Даня, - ну ты вспомнила! Ты, блин, еще вспомни про гранитный камушек! - А я и его помню! - не растерялась Юля и запела, - В этот вечер снова ждет тебя другой… Три толстых Наташки, как ни странно, тут же подхватили мотивчик и дальше мы шли уже под песню группы «Божья коровка», исполняемой акапельно. Богдан неожиданно возник рядом и сказал: - Судя по твоему выражению лица, тебе нравится все происходящее? -А судя по твоему выражению лица, тебе не очень? – рассмеялась я. - Ну, скажем так, я бы лучше почитал что-нибудь. - Вот зануда! - не выдержала я, - Потом почитаешь. Вспомни детство свое! - Ну, давай, - он улыбнулся, - повспоминаем. Начинай! - Хм. Ну, я помню, как мы с тобой сидели за партой, ты думал, что я не вижу, и иногда сзади тискал мой хвост! - Что за слово такое, тискал, я просто любил трогать твои волосы! И, кстати, ты зачем подстриглась? Сейчас у меня длина волос была по плечи. А в школе коса по пояс. - Ну, знаешь, мои волосы никогда не отличались особой густотой, а ходить с крысином хвостом, пусть и длинным, как-то не хотелось. Теперь ты! - Что? - Твое воспоминание! - Ребят, вы что отстали? – крикнула нам Лиля. Мы шли чуть позади всех. - Идем-идем, - ответил ей Богдан. Конечно, все стали оглядываться и смотреть, кто ж там отстал, а когда видели, что мы, то так ехидненько улыбались, мол, ну понятно. Я услышала, что Даша, что-то пробубнила про «прынца с прынцессой». Я шла и думала чего бы ей сказать, как вдруг Богдан взял меня под локоть. Я посмотрела на него удивленно. - А помнишь на мой день Рождения, - начал он, - мы бесились и грохнулись на тахту, а в это время Даня нас сфоткал. - Да, только в фотике не оказалось пленки, - рассмеялась я.