Когда перед тобой стоит вопрос, Когда не в силах сдерживать себя, Тогда тебе мешает «длинный» нос Особенность злосчастная твоя... И пусть обломки счастья и любви Вонзаются безжалостно и жгут, Ведь первый встречный в клубе визави Может судьбы твоей сменить маршрут... Я обычная девушка, возможно чересчур любознательная, кто-то назовет меня любопытной, дедушка так вообще с детства окрестил меня «мисс длинный нос», однако именно эта моя особенность и дала начало истории, приключившейся со мной, ведь сунув свой длинный нос туда, куда не должна была, я получила от судьбы удар под дых, но потом… Впрочем, обо всем по порядку. Если меня с детства прозвали мисс длинный нос, то мою младшую сестру, умницу-разумницу, красавицу-раскрасавицу, внегласно все в нашей семье считали мисс совершенством. Все было бы ничего, но мы с ней никогда не могли найти общий язык. У Тани с детства какой-то пунктик в голове: во всем быть лучше меня и утирать мне нос этим. Такое ощущение, что она все время пыталась мне мстить за то, что я родилась первой и всему в жизни училась вперед нее. К тому же от всех взрослых, сколько себя помню, я слышала одно и тоже: «Даша, посмотри на Таню. Даша, твоя младшая сестра лучше тебя...» Вдобавок ко всему перечисленному моя сестричка любила ябедничать. И даже когда мы выросли и стали девушками, она не успокоилась и то и дело разными способами норовила чем-то задеть меня, перейти мне дорогу, прибрать к рукам парня, который мне нравится, что естественно нисколько не улучшило наши отношения. Может быть, поэтому, едва окончив школу, я сбежала из родной Москвы в чужой и серый Санкт-Петербург и научилась разбираться во всех видах его дождя. В этот раз она снова переплюнула меня и через пару дней выходит замуж вперед старшей сестры. Я, безусловно, спокойно отношусь к этому, но уже представляю, как от всех родственников придется выслушивать очередное: «Даша, посмотри, какая молодец Таня! Ей двадцать три, а она уже выходит замуж. Бери пример с младшей сестры! Тебе уже двадцать пять!» От этих мыслей чувствую, что меня передергивает. Подпираю рукой голову и снова просматриваю билеты на экране компьютера. Послезавтра мне лететь в Москву, а я так и не купила их. Не знаю: почему я все время откладываю это, ведь я осознаю, что мне все равно не избежать поездки. Наконец, выбираю рейс и начинаю вводить информацию. Новикова Дарья Сергеевна – стучу по клавишам, потом вбиваю дату рождения, пол и прочее, останавливаюсь на паспортных данных и иду на поиски документа. Достаю паспорт из своей тумбочки и подхожу к соседней в поисках паспорта Кирилла, и думаю, что ему тоже придется непросто. Он еще незнаком с моей сумасшедшей семьей, и допрос с пристрастием ему обеспечен точно. Надеюсь, он это выдержит и не сбежит от меня. В этот момент слышу тихий, урчащий звук и прислушиваюсь. Звук повторяется снова, я встаю и замечаю на комоде сливающийся с поверхностью, как хамелеон, одиноко лежащий iPhone. Ухмыляюсь. Как-то не похоже на моего молодого человека, обычно он с ним носится, как курица с яйцом. Телефон снова издает свое «Ууу», и я с любопытством читаю высветившуюся смс. «Что ты так долго, любимый?!» Меня прошибает ударом тока. Я беру мобильный в руки и еще раз смотрю на сообщение, пока оно не исчезает с экрана. Я не верю свои глазам. Растерянно обвожу взглядом нашу комнату, кровать, на которой мы занимались, как я думала, любовью и на которой каждую ночь засыпала, как я считала, со своим мужчиной. Телефон в руке вибрирует, и я снова не могу удержаться и читаю появившееся сообщение: «Кирилл, это уже несмешно. Где ты?! Почему не отвечаешь?! Я ушла с работы пораньше, чтобы мы могли оторваться по полной, пока тебя не увезла твоя дура». Меня накрывает волна возмущения. Значит, он собрался идти не на собеседование, а оторваться, а я дура. Ну да, конечно, дура, ведь я во всем всегда верю ему. В порыве буйных чувств, словно неуправляемая стихия, швыряю iPhone на пол и с удовольствием смотрю, как по стеклу паутиной расползаются трещины. Насладившись своей глупой маленькой местью, вылетаю из комнаты и, надев туфли и прихватив сумочку, убегаю из квартиры. Я несусь на каблуках так быстро, как будто за мной вслед несутся черти. Пролетаю несколько улиц, звоню в домофон и влетаю в подъезд. Через пару минут я уже стою у дверей квартиры подруги. Яна – единственный близкий мне человек в этом еще не совсем родном городе. Едва девушка открывает дверь, я бросаюсь к ней на шею, ища в ее объятьях утешения. – Что случилось? Она в шоке, она никогда раньше не видела меня такой, а я не могу остановить свои рыдания и вымолвить ни слова. Расценив, что все очень серьезно, подруга тянет меня за собой. Оказываюсь на барном стуле, в ее навороченной кухне и вижу, как передо мной появляется фужер с красной жидкостью. Встречаюсь с ней взглядом и слышу: – Пей. Залпом осушаю содержимое и беспомощно смотрю на Яну. Мой бокал наполняется снова. – Еще! Вливаю в себя второй, даже не чувствуя вкуса. – Что случилось? – снова спрашивает она. – У Кирилла есть любовница, – вымучиваю из себя дрожащими губами. Понимаю по взгляду напротив, что вид у меня жалкий. – Вот козел! Как ты узнала?! Я всхлипываю и пищу: – Он забыл телефон. Я увидела смс от любовницы! Начинаю снова обильно источать влагу и одновременно пытаюсь стереть ее со щек. – Прекрати! Этот кобель не стоит твоих слез! – Угу, – бормочу я и по-прежнему плачу. Подруга достает второй бокал и наполняет его, потом наливает мне. – Мы сегодня устроим тебе клуботерапию! Тебе давно пора развеяться. Так что оторвемся по полной. – Нет, – протестую я. – Я никуда не хочу! – Да. Сегодня ты – мой пациент, и это твое лечение! Я вздыхаю, молчу и чувствую, как два бокала вина на голодный желудок сделали свое дело – мой рухнувший мир завис перед глазами, и боль, раздирающая сердце, стала абстрактной и не такой ощутимой. – Даша! Я заставляю себя сфокусировать взгляд на Яне. Она поднимает бокал и пафосно произносит: – Выпьем за твою новую жизнь. Я пока еще ничего не решила и не знаю: ждет меня новая жизнь или нет, но мы соприкасаемся бокалами, и под отголоски хрустального звона я подношу к губам божественный напиток и автоматически вливаю его в себя, как какое-то пойло. От третьего бокала я хмелею еще сильнее, и подруга, решив, что я уже достаточно приняла обезболивающего, хватает меня за руку. – Пойдем, я что-нибудь тебе найду. – Может, все-таки не стоит никуда идти, – пытаюсь возразить я, но она произносит решительно: «Нет». Я вздыхаю и позволяю Яне утащить себя в комнату, радуясь лишь тому, что алкоголь, начав путешествие по моим венам, отодвинул мою боль на задний план. Оглушающая музыка стучит в висках. Я сбилась со счета в количестве бокалов, залитых в себя сегодня так, что по венам уже давно течет не кровь, а горячительная жидкость. Зато боль стихла, все мои слезы высохли, и я уже не думаю о том, что пережила, не пытаюсь размышлять о том, что будет завтра. Я живу настоящим, тем, что происходит со мной в данную минуту, и, повинуясь звукам музыки, позволяю моему телу отрываться по полной, как делают тут все вокруг. Яна кричит мне на ухо: – Я отойду, не теряйся. Я киваю, но самом деле я хочу потеряться или слиться с массой, а не быть, как обычно, белой вороной, сидящей в уголке и наблюдающей за действом. Сегодня я другая. Я вообще не узнаю себя. То ли алкоголь, то ли вызывающее платье подруги и яркий макияж сделали меня такой безбашенной. Не знаю. Но сейчас не время и не место разбираться в этом. Едва подруга скрывается, сумасшедший бит сменяют спокойные, медленные аккорды. Многие расходятся, чтобы добавить хорошего настроения бокалом-другим. А я остаюсь, эротично двигая всеми частями своего тела, растворяясь в музыке и окончательно позабыв о стеснении. Неожиданно чьи-то сильные руки, не спрашивая разрешения, притягивают меня к себе. Я не воплю, не пытаюсь вырваться, а позволяю им путешествовать по моему телу. Незнакомец поворачивает меня к себе, но я даже не делаю попыток рассмотреть в темноте его лицо. Мне все равно: кто он, и я думаю: и ему все равно, кто я. Я вижу перед собой светлую рубашку с открытым треугольником ворота, откуда заманчиво выглядывает загорелая кожа, чувствую его крепкое тело, вдыхаю приятный запах парфюма и танцую с ним самый сексуальный танец в своей жизни. Внезапно, словно удар молнии, в мою нетрезвую голову приходит сумасшедшая мысль переспать с этим первым встречным, чтобы сделать Кириллу также больно, как было мне. Я, конечно, не уверена, что ему будет так же больно, но, что будет уязвлено его самолюбие, я не сомневаюсь. «Глаз за глаз!» – шепчу я себе и утверждаю свой план, ни секунды не подумав и снова не взглянув на лицо предполагаемого любовника. Мне все равно, как он выглядит! Мне нравится его спортивное тело, которое рождает в моем затуманенном сознании желание снять с него рубашку и потрогать каменные мышцы, спрятанные под ней. Я медленно провожу ладонями по его плечам, прощупывая все окаменелости его крепких рук, и соединяю свои пальцы на его мощной шее. Не сбиваясь с ритма музыки, кручу бедрами, периодически прижимаясь к нему. Мой горячий танец приходится ему по вкусу, и через мгновенье его губы накрывают мои, и я воспламеняюсь от пожара, внезапно вспыхнувшего внутри. Я возбуждена и удивлена одновременно. Никогда не предполагала, что могу завестись так с пол-оборота с первым встречным. Неужели это все действие алкоголя?! Руки незнакомца перемещаются на мои ягодицы, и он крепко прижимает меня к себе. Я чувствую, что он тоже меня хочет, и это в моем залитом алкоголем сознании поднимает мою растоптанную самооценку. Когда музыка смолкает и возвращается бешеный темп, я с опаской думаю, как бы он сейчас не затерялся в толпе и не нарушил мои грандиозные планы. Я отчаянно пытаюсь придумать, как удержать его, а незнакомец неожиданно тянет меня за собой, и я послушно перемещаюсь за ним сквозь такие же полуголые, как и мое, тела красоток. Через несколько минут я уже на заднем сиденье такси невидящим взглядом смотрю на ночные огни никогда не спящего города и стараюсь не думать о том, что я совершаю безумие. Дальше все тоже как в тумане: его руки, тянущие за собой, подъезд, ступеньки, квартира, его тело, вжимающее меня в стену, и снова эти сносящие голову поцелуи… Каким-то образом мы перемещаемся в комнату, и мое платье оказывается на полу. Его губы обжигают мою кожу, возбуждая своими прикосновениями. Я пылаю, я горю, я хочу большего. Через мгновение я лишаюсь последних частей своей одежды, но на удивление не смущаюсь и позволяю ему смотреть на меня, трогать меня, изучать мое тело. Мои стоны сотрясают тишину, я жадно и часто дышу и схожу с ума от букета умопомрачительных ощущений… Я пытаюсь расстегнуть его рубашку неслушающимися пальцами и, не справившись с задачей, оставляю эту затею и просто высовываю ее из брюк. Завожу руки под ткань и трогаю железобетонность его пресса. Касаясь пальцами кожи, медленно перемещаю их вверх и нахожу рубец, скорее всего, шрам. Едва касаюсь его и поднимаю руки выше, собирая рубашку в гармошку к идеально вылепленной груди и широким рельефным плечам. Ощущения невероятные, мне нравится чувствовать его мышцы, его кожу, но голова все больше кружится, кружится…

Открываю глаза и ощущаю, как нехорошо на желудке, поднимаю голову, и мне кажется, что она стала тяжелее на несколько килограмм, морщусь от сдавливающей ее боли и понимаю, что я в чужой квартире, в чужой кровати. Поворачиваюсь и едва не вскрикиваю от того, что вижу рядом с собой мощную спину какого-то мужчины. Поднимаю одеяло и сглатываю – я голая! Сердце начинает стучать быстрее. Я вспоминаю некоторые детали вчерашнего вечера. Господи! Я переспала с первым встречным, как какая-то шлюха. Никогда в своей жизни я не поступала более омерзительно. Я противна сама себе, и мне хочется немедленно смыть с себя эту грязь, но я понимаю, что еще больше мне хочется избежать встречи со своим случайным любовником. В итоге я осторожно вылезаю из кровати, молниеносно натягиваю свои вещи и выбегаю из квартиры, как ошпаренная. Вылетаю на улицу, соображаю, где я нахожусь. Выдыхаю с облегчением от того, что я знаю это место и до Яны можно добраться пешком, ведь при мне нет сумки, а значит, ни денег, ни телефона. Практически бегу по улице, поскольку мне кажется, что в каждом обращенном на меня взгляде – укор, будто у меня на лбу клеймо – шлюха. Как же меня угораздило?! Да, алкоголь и обида точно не лучшие советчики. Мне так стыдно за то, что я сделала, что это не передать словами. После незапланированной утренней пробежки я у дома подруги и, взмыленная, добираюсь до ее квартиры. Звоню, смотрю на вполне бодрую, несмотря на раннее время, Яну, открывшую мне дверь, и получаю от нее гневное: – Где тебя черти носили?! Чувство вины заполняет все пустоты в моем сознании и выливается наружу жалобным «прости». Подруга тянет меня за руку, я влетаю в коридор и слышу, как за спиной захлопывается дверь. – Я глаз не сомкнула! Обзвонила все больницы, морги, ближайшие участки! – Так вышло…– мямлю я. – Как вышло?! Я краснею, и Яна, уловив запах сенсации, тянет меня за собой на кухню. Я снова на том же стуле, в той же кухне. Она показывает мне на бутылку. – Опохмелиться хочешь? Я мотаю головой. Думаю, с алкоголем мне стоит быть впредь поосторожнее. Девушка наливает себе полбокала и, внимательно смотря на меня, произносит: – Ну?! Я набираю воздух в легкие и признаюсь: – Я переспала с первым встречным. Она давится вином и смотрит на меня огромными глазами. Я стучу ее по спине. Та откашливается и вопит: – Хочу подробностей! Я отмахиваюсь. – Какие подробности?! – Даша, ты не отвертишься! Я краснею и скупо перечисляю вчерашние события: – Танцевали вместе, потом приехали к нему, пару раз поцеловались и все. Дальше пустота. – Так может ничего не было?! – Ну да. Просто голые спали в одной кровати, – хмурюсь я. Яна усмехается. – Не думаю. – Вот и я. Я вздыхаю и вываливаю на нее все свои переживания: – Не знаю, что на меня нашло?! Почему я поехала к нему?! Я же не шлюха! У меня до Кирилла был только один парень. Подруга прерывает мои самобичевания и пытается утешить. – Послушай, твой Кирилл наставлял тебе рога! Считай, что ты ему отомстила. Ее слова меня совсем не утешают, и я по-прежнему чувствую себя ужасно. В кухню заходит заспанный парень Яны и протягивает мне голосящую сумку. – Это же твоя? – Да, Влад, спасибо. Беру ее и вытаскиваю мобильный. Он тут же уходит, оставляя нас снова наедине, а я отвечаю: – Привет, мама. – Ты почему не берешь трубку?! Ты купила билеты?! Во сколько вас завтра надо встретить?! Внутри все холодеет. Я не купила билеты! Однако осознание того, что теперь мне еще не с кем лететь на свадьбу Тани добивает меня окончательно! Понимаю: вариант, что Кирилл заболел или не смог отпроситься с работы, воспримется как дешевая отмазка, и все будут снисходительно и с жалостью смотреть на меня. Рассказать правду о случившемся накануне триумфа сестры еще более унизительно. И при нынешнем моем эмоциональном состоянии я не вынесу ни один из этих вариантов. Ехать же с виновником всего произошедшего и не выдать себя у меня никак не получится. Господи! Что мне делать?! Я не могу приехать домой одна! Просто не могу! – Даша! – повышая голос, зовет меня мать, и я бубню: – Ма, я вечером тебе позвоню. Сейчас я не могу разговаривать. Чтобы не объяснять ей, в каком таком особом месте я нахожусь, что не могу с ней общаться, я поспешно отключаюсь и смотрю на любопытное лицо подруги. – Что еще?! Я оборачиваюсь – Влада уже нет, но зато в голове рождается спасительный, но безумный план. Для его осуществления мне нужно согласие этих двух людей, находящихся сейчас со мной в одной квартире, и я решительно иду в атаку: – Яна, мне нужна ваша помощь! Она приподнимает брови. – В чем?! Какая?! Не знаю: какая последует реакция, но я вываливаю на нее свою идею. – Мне надо, чтобы ты одолжила мне Влада. – Что?! Я краснею, но тараторю: – Кирилла никто не видел, мы так ни разу и не собрались к моим, а я никак не могу приехать домой одна. Я буду выглядеть жалко. Особенно сейчас, особенно перед сестрой. Никто не поверит, что Кирилл реально существовал. Все посчитают его вымышленным персонажем, и я буду посмешищем. Яна прокручивает в голове мою просьбу, а я привожу дополнительные доводы: – У меня никого нет здесь, кроме вас! Мы с Владом просто сыграем перед моими пару на несколько дней и вернемся. А потом я что-нибудь придумаю, главное, чтобы они его увидели. – Ну это у него надо спрашивать, – наконец произносит она. – Спроси! Девушка громко кричит: – Влад. Парень появляется через несколько секунд и, подперев косяк двери, вопросительно смотрит на нас. – Спрашивай! – обращается ко мне подруга. Несмотря на то, что я знаю Влада без малого год, я смущаюсь, но произношу: – Выручи меня. Изобрази Кирилла перед моей семьей. Парень явно ошарашен моим предложением и какое-то время молча смотрит на меня. Потом на его губах появляется ухмылка, и он спрашивает: – А мы будем спать с тобой в одной кровати?! Я от неожиданного вопроса хлопаю ресницами, а Яна швыряет в него рулон бумажных полотенец, попавшиеся ей под руку. Влад ловит их и в ответ на грозный взгляд своей девушки выдает: – Ладно тебе! Я пошутил. – Ну так что?! – напоминаю я о своем вопросе. – Ты думаешь: им понравится такой раздолбай, как я?! Я вымучиваю улыбку на губах и говорю не совсем честно: – Понравишься. Да, парень, конечно, далек от идеала моей семьи, даже я считаю его слишком несерьезным, но за неимением других вариантов сгодится и он. – Хорошо, тогда сгоняем в столицу. Я с благодарностью смотрю на Яну. – Я верну тебе его в целости и сохранности. – Дашка, побыв моей девушкой даже понарошку, ты потом не захочешь меня возвращать, – снова шутит он; Яна закатывает глаза, а я в первый раз за это утро искренне улыбаюсь. С бешено стучащим сердцем открываю входную дверь своей квартиры, осознавая, что сейчас мне предстоит неприятная встреча с Кириллом. Утром, просматривая пропущенные, я видела несколько звонков от него. Понимаю, что нам придется обсудить ситуацию. Вхожу в прихожую, скидываю туфли и слышу торопливые шаги. Через секунду он сжимает меня в своих объятьях и шепчет: – Как же я волновался! Где ты пропадала всю ночь?! Отстраняю его от себя и размышляю. Из-за разбитого мной iPhone я считала, что парень должен понять, что я сунула свой длинный нос в его мобильный и прочитала сообщения от его любовницы. Но тогда почему он ведет себя так, будто ничего не произошло?! – Это неважно. Он делает вид, что удивлен моим словам. А может быть, действительно удивлен и думал увидеть меня дикой кошкой, царапающей глаза и бьющей посуду. Возможно, вчера, сразу после того, как я прочитала те строчки, я бы накинулась на него, а не вымещала свою ярость на его вещах. – Даш… Кирилл берет мою руку и снова хочет обнять. – Что не так? Понимаю, что теперь я тоже не святая. Я изменила ему с человеком, которого не просто не знаю, а даже теоретически не узнаю, встретив на улице, и обиднее всего то, что я даже не помню вкус своей измены – стоила ли она того. Но несмотря на свои грехи, я не готова простить его предательство! Я бы никогда не сделала это первой! Это он толкнул меня в объятья чужого мужчины. Я оборачиваюсь и встречаюсь с голубыми глазами человека, которого люблю. Или любила?! Не знаю: остались ли во мне прежние чувства, или вчерашний день перечеркнул все?! В хаосе внутри меня сейчас черт ногу сломит. – Я прочитала её смс… Вижу в его глазах замешательство. Неужели он не догадался?! Этого не может быть?! Кирилл знает мое любопытство, да и разбитый телефон… Не отвожу от него глаз и жду, когда он в бесконечности слов найдет, что сказать мне в свое оправдание. – Я… Ты… Все не так, как ты думаешь! Я усмехаюсь и смотрю на его красивое лицо. – Я думаю, что тебе надо собрать вещи и переехать к ней. Зачем жить с дурой, которую не любишь! Парень хватает меня, и я снова в его объятьях. – Дашка, я люблю тебя! Я не изменяю тебе! Эта странная девушка пишет мне непонятные смс. Мне смешно. Больно, обидно и смешно. Упираюсь руками в его грудь и требую: – Отпусти. Какую-то секунду он еще держит меня, но потом отпускает, и я, оказавшись на свободе, быстро ухожу в комнату. Не успеваю я войти, как слышу вслед: – Ну хорошо. Черт меня попутал. Но я люблю тебя! Прости меня! Я молчу и чувствую слезы, скользящие по щекам. Простить?! Возможно, измена привычна в современном обществе, я сама эту ночь провела с другим мужчиной, и не мне судить его, но на душе так гадко и противно, и я понимаю, что никогда не буду чувствовать себя с ним как раньше. Я буду вечно подозревать и бояться повторения этой истории. Мы разбили чашу своей любви, если именно любовь была между нами, и никакой суперклей не вернет ей первоначальный вид. Я не знаю, что делать! Кирилл подходит ко мне, обнимает меня за плечи, а я, хлюпая носом, прошу: – Уйди, пожалуйста! – Давай все обсудим, все решим. Нам завтра лететь в Москву. – Я лечу без тебя. Думаю, в этот момент он по-настоящему понимает, как все серьезно, и снова заводит свою песню «я люблю тебя, я не могу без тебя», и я, находясь на грани нервного срыва и желая только одного – скорее выпроводить его из своей квартиры, признаюсь: – Я готова вернуться к этому разговору, когда приеду обратно. А сейчас уйди, пожалуйста. Кирилл убирает руки с моих плеч, я слышу удаляющиеся шаги и, когда хлопает входная дверь, наконец выдыхаю, и плюхаюсь на диван, утопая в новой партии слез. Моя размеренная привычная жизнь рухнула, как карточный домик, я чувствую себя опустошенной и обескураженной. Всего за сутки я потеряла парня, которого любила, переспала с первым встречным и теперь собираюсь ехать домой с абсолютно чужим человеком, которого представлю семье. Динамичное развитие событий! Я поднимаю руку, чтобы вытереть слезы со щек, и в этот момент замираю, понимая, что подаренный мне родителями на совершеннолетие золотой браслет с кулоном в виде инициалов отсутствует. В ужасе я предполагаю, что, скорее всего, обронила его у своего загадочного любовника. Это катастрофа!

Самолет совершил посадку в аэропорту Шереметьево, и я остро почувствовала разрастающееся внутри волнение, и все сомнения Влада на счет его кандидатуры, и все страхи, что мы где-нибудь облажаемся, начали расти во мне с геометрической прогрессией. Поворачиваюсь к парню, сидящему рядом, и бубню в его ухо: – Тебя зовут Кирилл, тебе двадцать семь, ты работаешь вместе со мной в строительной компании. Он удивленно вскидывает брови. – Не знал, что он устроился на работу. Нервно сглатываю. – Не устроился, но мы так скажем. Влад ухмыляется, и мне хочется пнуть его локтем. Сдерживаюсь и хмурюсь. – Даш, что ты вообще в нем нашла?! Я растерянно смотрю в его глаза. Никогда не думала об этом. По мне так чувства появляются сами собой, а не за какие-то заслуги. Не желая дальше развивать свои философские мысли, просто прошу его: – Давай не будем отвлекаться от темы! Парень пожимает плечами, но вставляет: – Ты классная девчонка, а он только использует тебя. Ну это точно Янкины слова. Ей не нравится Кирилл, и она часто промывает мне мозги, что он хорошо устроился и пользуется тем, что живет в моей квартире и тратит мои деньги. Я еще больше мрачнею. – Давай не будет об этом! – Ладно, проехали. Выбрасывая последние фразы нашего разговора как можно дальше, в бездну своего сознания, я опять возвращаюсь к волнующим меня деталям. – Познакомились мы на Дворцовой площади, десятого мая. Я не успеваю добавить следующий важный момент, поскольку Влад меня прерывает: – Хватит дергаться и меня дергать. Я все помню, а если что задействуем экспромт! Я закатываю глаза. Господи, какой экспромт! Мы обязательно спалимся! Нет, все-таки дурацкая идея была везти его с собой. В ответ на отчаянье в моих глазах мне адресована улыбка от уха до уха. Он знает ее свойство: она вызывает такое же ответное действие, и мои губы послушно разъезжаются, а я говорю самой себе: «Будь что будет! Обратного пути нет». Иду в зал прилета, прислушиваясь к стуку каблуков и ударам моего сердца, одной рукой держа ручку чемодана, катящегося за мной, другой – руку Влада, позволяя ему сжимать мои пальцы. Двери распахиваются, я оглядываю людей, собравшихся возле, и встречаю глаза мамы. В этот момент радость от встречи немного затмевают собой волнение и прочие чувства, и я с улыбкой спешу ей навстречу, раскрывая свои объятья. Все-таки я не видела ее почти год. – Дашуля! – бормочет она, и я утыкаюсь носом в ее пахнущие цветочным шампунем волосы. Аромат детства пробирает меня до слез. Освобождаясь из ее объятий, я виновато улыбаюсь за свои проявленные эмоции. Отец, не давая вымолвить мне ни слова, сгребает меня в охапку, и я чувствую себя опять маленькой счастливой девочкой. Закончив с обниманиями, я оборачиваюсь и, поймав взгляд Влада, спокойно стоящего в стороне и наблюдающего за нами, произношу: – Познакомьтесь, это Кирилл. Влад оживает и демонстрирует свою фирменную улыбку. Родители тоже улыбаются, но осторожно приглядываясь к нему. Желая избежать неловкости, перехожу к насущным вопросам. – Вы на машине? Мама закатывает глаза. – Мы Uber взяли. Папе нравятся новомодные эксперименты. Я усмехаюсь. Для моей привыкшей к роскоши мамочки прокатиться на скромной машине по типу «я-такси» – экстремальное действо. – Давайте бронировать машину обратно, – подгоняю я их. Отец достает телефон и начинает заниматься этим, а мать, скептически посмотрев на наш багаж, выдает: – У вас у каждого свой чемодан?! Не проще ли было взять один общий?! Я пожимаю плечами и глупо улыбаюсь. Господи, почему я не подумала об этом! Это действительно выглядит странно, и даже не отмазаться тем, что мы решили сэкономить на багаже в Аэрофлоте – он включен в стоимость билета. Наконец папа бронирует транспортное средство, которое повезет нас обратно, и мы дружно идем за ним, чтобы погрузиться в машину. Усаживаю Влада рядом с собой, чтобы обезопасить его от неожиданных вопросов, и пристегиваю ремень безопасности, вместе со всеми ожидая, когда отец проверит наличие всех положенных в машине документов и заведет ее. Через пару минут убедившись, что все в порядке, мы выдвигаемся к выезду с парковки. Летящая дорога, мелькающие деревья, снующие машины – эта динамичная картинка помогает мне немного расслабиться, пока голос мамы не возвращает меня в составные «будь готов». – Кирилл, вы бывали раньше в Москве? Я едва заметно мотаю головой, и мой спутник, озаряясь очередной улыбкой, отвечает: – Нет, не приходилось. Мама улыбается ему в ответ и отворачивается, а я снова начинаю жутко нервничать из-за того, что понимаю, как плохо мы подготовлены, и еще от внезапно воскресшей совести, которая тихо шепчет мне на ухо, что обманывать плохо, а обманывать близких – вообще, страшный грех. И то, что я раньше никогда не делала ничего подобного, служит мне слабым оправданием. Ко всему этому и к моему стыду я еще жутко боюсь быть разоблаченной. Такого позора я не переживу. – А вы петербуржец? – снова любопытничает моя родительница, и я снова беззвучно помогаю Владу ответить правильное «Да». Едва он замолкает, я вмешиваюсь и прошу ее: – Мама, мы устали! Избавь нас от допроса, пожалуйста. Вижу, что мамино неутоленное любопытство выражается в морщинке между бровями, но зато она умолкает, и мы в тишине доезжаем до дома. Едва я вижу очертания стен родного дома сквозь зеленую листву деревьев, как сердце начинает щемить. Все-таки, я сентиментальная особа, и каждый раз, когда возвращаюсь сюда, на глаза набегают слезы. Даже несмотря на наши прохладные отношения с сестрой, в этом доме произошло много волнующих событий – от первого поцелуя в саду с робким долговязым соседом до шумных вечеринок, которые мы с Таней, предоставленные сами себе, периодически устраивали, заключая временное перемирие. Выгружаемся из машины, идем в дом и натыкаемся на сестру. – Привет, Дашка! – улыбается она и, бросив мимолетный взгляд на меня, направляет все свое внимание на моего спутника и, не стесняясь, оценивающе разглядывает его. Я снова представляю Влада Кириллом, и моя родная бестия начинает в открытую заигрывать с ним. И это накануне своей свадьбы! – Очень рада познакомиться с тобой! Я же могу к тебе обращаться на ты?! – Да, конечно! – отвечает ей «мой парень», улыбаясь своей фирменной улыбкой, и я вижу, что она ему очень понравилась. Даже несмотря на то, что я не имею на Влада никаких прав, мне хочется дать Тане смачный пинок под зад, чтобы она угомонилась, но вместо этого подхожу к парню вплотную и, обнимая его за талию, с самой приторной улыбкой, на которую только способна, произношу: – Мы устали с дороги. И хотим уединиться! – Окей, – роняет сестра мне и добавляет, уже обращаясь к Владу: – Рада с тобой познакомиться, а то я думала: ты существуешь только в Дашкиных фантазиях. Хочется как в детстве дернуть ее за волосы или показать язык, но вместо этого я беру парня за руку и тяну за собой на второй этаж, в свою комнату. Мы сидим за большим столом в гостиной и обсуждаем предстоящую свадьбу. Я заваливаю маму и Таню вопросами, прекрасно понимая, что если не буду спрашивать я, то будут спрашивать они. Папа и Влад молча едят, не вмешиваясь в наши женские разговоры. – У меня будет самая лучшая свадьба! – в своем духе говорит сестра и расплывается в счастливой улыбке. – У нас будут шатер на улице и брачные клятвы, и голуби, и свадебное путешествие. Все как в сказке. Я искренне рада за нее, поскольку счастье – единственное состояние Тани, когда она безобидна и не строит козни. – А вы когда собираетесь?! – внезапно спрашивает мама и заставляет вздрогнуть от неожиданности. – Вы же вроде как год вместе живете. – Да… – бормочу я и, чувствуя неловкость и растерянность, поворачиваюсь к Владу. – Мы подумаем над этим, правда, милая?! – в его глазах искры веселья. Я киваю и взглядом посылаю ему в ответ: «Совсем не смешно!» Хотя в душе я благодарна ему за неплохой ответ на такой щекотливый вопрос. Понимая, что сейчас последует новый поток вопросов, адресованных нам, я перевожу тему и спрашиваю сестру: – А где твой Миша?! Вы решили пожить перед свадьбой отдельно? – Майкл! – исправляет меня она, раздраженная тем, что я специально неправильно называю ее жениха. Я посылаю ей в ответ невинное растерянное выражение лица и в душе радуюсь, что немного позлила эту зазнайку. Таня быстро забывает о моей оплошности и уже щебечет: – Он поехал встречать друга. Думаю, скоро вернется. Я не успеваю вставить свой новый вопрос, как звучит очередной мамин: – Влад, расскажите о своей семье. Парень пожимает плечами. – Обычная среднестатистическая питерская семья. Папа инженер, мама учитель. – А у вас есть братья, сестры? – Нет. Мне так не повезло, как Даше и Тане. Чувствую: он решил произвести впечатление на мою любвеобильную сестру. Она вполне искренне улыбается ему. – Кстати, Ольга Алексеевна! – добавляет он. – Готовите вы изумительно! Теперь растаяла мама. Кажется, я зря волновалась, что он им не понравится. Думаю, потом, если я окончательно решусь расстаться с настоящим Кириллом, мне предстоит выслушать не раз, какая я глупая. Прогоняю эти мысли. Я подумаю об этом потом. – Куда хотите поехать этим летом? – миролюбиво интересуется мама. – В Крым, – не задумываясь, отвечает Влад. – В Крым?! Она удивленно переводит взгляд с меня на «моего» парня, а я чувствую, что мы облажались. – Но Даша говорила, что вы… не любите русский юг. – Да?! – Влад смотрит на меня, и его глаза вопят о помощи. – Да! – отвечает мама, а я пытаюсь вырулить ситуацию. – Мама, ты, наверно, неправильно поняла. Влад не не любит русский юг, просто тогда он не хотел туда ехать! Она растерянно смотрит на нас. – Мне так показалось. – Ой, мама, не придирайся к словам! Мама дружелюбно улыбается, а я ни жива ни мертва опять вслушиваюсь в то, как Влад неплохо отбивается от маминого любопытства, рассказывая о пристрастиях, увлечениях и привычках. Едва мы выходим из-за стола, как я, приблизившись к Владу, предлагаю: – Пойдем проветримся. Он морщится. – Даш, после выдержанного раунда с твоими родственниками я хочу только одного – принять горизонтальное положение и посмотреть футбол. Могу предложить тебе составить мне компанию. Я качаю головой. Футбол – это точно не моe. – Хорошо, иди смотри. Я погуляю одна. Он кивает, и мы расходимся каждый в свою сторону. Едва я выхожу на улицу, как чувствую свежесть июньского вечера, и втягиваю шею в воротник кофты. Выйдя из двора, я медленно иду по дороге, рассматривая дома соседей и подмечая, что у кого изменилось за то время, пока меня не было. Неторопливым темпом я делаю большой круг по поселку, и только сумрак вечера подгоняет меня вернуться обратно. Войдя во двор, я замечаю свет в домике для гостей и удивляюсь. Никто не сказал мне, что у нас будет кто-то гостить. Насколько я знаю: все москвичи – и со стороны жениха, и со стороны невесты, кроме бабушки и дедушки, но они приедут позже. Повинуясь своему неуправляемому любопытству, я двигаюсь к строению и по мере приближения в светящемся окне начинаю различать мужской силуэт. Подойдя довольно близко, чтобы увидеть его, но достаточно далеко, чтобы не быть застуканной за не слишком хорошим занятием, я останавливаюсь и начинаю сканировать человека. Это молодой мужчина с русыми волосами. Больше понять невозможно. Я нахожусь на таком расстоянии, что не могу рассмотреть черты его лица, но его фигура кажется мне крепкой и спортивной. Выкинув из головы все свои страхи, я решаю разглядеть его получше и вместо того, чтобы развернуться и пойти обратно, как положено адекватной девушке, я подхожу почти к окну в надежде, что свет комнаты скрывает меня в темноте. Встав у маминой цветочной клумбы, я всматриваюсь в незнакомца. Его лицо на расстоянии разделяющих нас метров кажется мне очень симпатичным, и мне впору, утолив свое любопытство, развернуться и уйти, и я почти так и делаю, но в этот момент он, заведя руку назад, начинает снимать с себя футболку, и я врастаю в землю, на которой стою не в силах пошевелиться. Сказать, что его торс хорош – не сказать ничего. Я в жизни вживую не видела такого красивого тела. Широкие рельефные плечи, округлая выступающая грудь, квадратики пресса, и косые мышцы живота, завлекающие и пропадающие у пояса его джинсов так же, как и дорожка волос. А какие мощные руки. Я сглатываю. Господи, я как какая-то озабоченная маньячка! Вроде за мной такого раньше не водилось?! Прикладываю прохладные руки к пылающим щекам и уговариваю себя уйти. Внезапно его красивое тело напоминает мне о моем сумасбродном поступке и о мужчине, с которым я переспала по глупости. И в голову приходят мысли, что если бы это не произошло в другом городе, я бы решила, что это он. «Ты идиотка!» – кричит на меня оставшийся здравый смысл. – «Если в твоей жизни не попадались такие великолепные мужчины, то это не значит, что в Питере всего один такой экземпляр». Понимаю, что это логично и поскорее избавляюсь от этих странных мыслей и продолжаю пожирать взглядом его тело. Никогда не понимала женщин, ходящих на стриптиз, визжащих при виде раздевающихся мужчин и засовывающих им в трусы деньги, но сейчас я пребываю в таком состоянии, что будь он ближе, я бы тоже не пожалела имеющейся наличности. Красавчик, небрежно бросив футболку на кровать, начинает, не торопясь, расстегивать джинсы, и я снова замираю. Головой понимаю, что это уже неприлично, и мне немедленно надо уйти, но по-прежнему стою и пялюсь на него. Оцениваю его дальше и прихожу к выводу, что его ноги ничуть не уступают рукам и также хорошо развиты. Снова уговариваю себя уйти, но продолжаю искать отговорки вроде «еще минутку». В этот момент мужчина делает шаг к окну, я, испугавшись, что он меня заметит, резко делаю шаг назад, нога наступает на что-то твердое, соскальзывает, и я, не удержав равновесия, приземляюсь в цветочную клумбу на пятую точку. Тут же поднимаюсь, и наконец выхожу из транса – по-другому я не могу назвать то странное состояние, что заставило меня, не отрываясь, смотреть, как раздевается совершенно незнакомый мне человек – и, не оценив масштабы цветочного бедствия, сотворенного мной, несусь по дорожке к дому. Влетев в свою комнату, встречаюсь глазами с Владом, развалившимся на кровати. – Какие черти за тобой гнались?! Сглатываю. Пытаюсь сделать невозмутимое лицо и унять волнение от возбуждающего действия, которое я лицезрела, но мне никак не успокоиться. – Испугалась соседской собаки. Еле успела калитку закрыть. – Она что гналась за тобой?! В его голосе волнение. Я морщусь, недовольная своим очередным враньем, и прошу: – Только не надо никому рассказывать об этом, а то меня со двора одну больше не выпустят. – Ладно. Поднимаю глаза на Влада – на его лице обеспокоенное выражение, но это первая более-менее правдоподобная отмазка, которая мне пришла в голову, ну не рассказывать же было, что я подглядывала, как раздевается незнакомый мужчина. Плюхаюсь рядом, на кровать и, переводя тему, спрашиваю: – Когда закончится второй тайм? Он, бросив взгляд на электронные часы, отвечает: – Еще полчаса точно. – Хорошо. Я подремлю. Ты разбуди меня, если усну, и мы соорудим тебе спальное место. – Ты не хочешь пустить меня в свою постель? – Влад, мы обсуждали это! – воплю я, а он смеется. – Ладно, недотрога, спи!