— Уйди с дороги! — прошипела я ему. Но он не шелохнулся. Стоял напротив меня так близко, что в легкие проникал пряный густой аромат мужского одеколона. Черт, как вкусно! Почему этот пафосный и напыщенный индюк так обалденно пахнет? Я притворилась, что мне неприятен сам его вид, и скривилась так, будто только что проглотила целый лимон. — Зачем ты все так усложняешь? — он прищурил свои голубые глаза и окинул меня взглядом с головы до босых ног. Небрежно усмехнулся. — Я ведь не прошу тебя переспать со мной. Всего лишь коснись меня. Он протянул свою большую раскрытую ладонь. А я в очередной раз подумала, что у парня не все дома. Нет, на психа он был не похож. Но вот такое странное поведение заставляло держаться от него подальше. Что я, собственно, и пыталась сейчас делать. Мне захотелось исчезнуть. Быстрее убежать из этого дома, чтобы больше никогда не видеть этой насмешки в его глазах и не слышать снисходительного тона в низком, бархатистом голосе. Но он загородил собой проход и перекрыл мне путь к бегству. — Дай пройти, извращенец. Не буду я тебя трогать! — Оскорбление сорвалось с моих губ неожиданно для меня самой. Он как-то загадочно хмыкнул, и в его глазах блеснула вспышка ярости вперемешку с удивлением. Будто парень и сам не ожидал того, что сделал в следующую секунду. Резко, одним шагом, он преодолел расстояние между нами и обнял меня. Всего лишь на одну секунду прижал к себе и сразу убрал руки. Мое сердце тревожно забилось, а щеки предательски вспыхнули. Стало жарко, от чего-то закружилась голова. Такого со мной еще никогда не было… Да как он посмел?! Наглый, самоуверенный дикарь! — Псих! — крикнула я, толкнув его в грудь, отчего парень отступил на шаг назад. — Сначала унижаешь, а теперь обнимаешь? — Я не ошибся! — улыбнулся он своим мыслям, совсем не обращая внимания на мои ругательства. — Все так и есть! — теперь уже весело смеялся парень. — Ненормальный… — буркнула я, сбитая с толку его странной реакцией. Что с ним вообще такое? И что со мной? В груди смешались противоречивые чувства. Стыд, обида, ненависть и еще кое-что, чего я боялась больше всего… Симпатия?.. Несмотря на то, что между нами произошло, этот чертов ненормальный нравился мне! Господи. Нужно убегать. С такими лучше не связываться. Это уж точно! Воспользовавшись моментом, я попыталась проскочить мимо него. Но парень был ловчее и успел схватить меня за руку. — Пусти! — дернула я руку на себя. Но он держал крепко. Его длинные пальцы вцепились в мое запястье и не собирались отпускать. — Куда ты? Мы еще не договорили, — медленно произнес он, всматриваясь в мое лицо. — Пусти меня. — Я снова дернулась, но без результата. — Отпущу. Но мы встретимся с тобой еще раз... Попытка номер два. Идет? Что?! Он совсем спятил? — Издеваешься? — возмутилась я. — Нет. Я серьезно. Но в этот раз все будет по-другому, — негромко, но уверенно произнес он. — Отпусти меня, живо! Видеть тебя не хочу! — Пара встреч. Что тебе стоит? — парень начинал злиться. А я почувствовала себя зверьком, встретившимся с голодным хищником. Что ему от меня нужно? — Не хочу, и все! — топнула я ногой. — Ясно? Другую дуру ищи. Меня ты больше не увидишь. — Но ты же все равно скоро придешь сама… — Его безумный взгляд заставил меня застыть на месте. — Значит, все же увидимся? — Нет. Не приду. И отстань уже от меня! Я же бульдозер! Толстая! Пышка! Не в твоем вкусе! Чего пристал? — Он сильнее сжал мою руку. — Ай! Больно! Конечно, больно мне не было, но нужно было срочно что-то предпринимать, хотя бы давить на жалость. — Бульдозером я тебя не называл, не сочиняй, — тихо сказал он и шумно вздохнул. — Какая разница? Отвали уже от меня. Достал! Он с досадой отпустил мое запястье. А я резко отстранилась, отступив на шаг назад. — Мы все равно увидимся… — Он потер руку об руку. — И ТЫ еще проведешь со мной время. — Что? Губу назад закати! — крикнула я, покрутив пальцем у виска, и устремилась прочь. Вот же встреча! Я думала, что не увижу его больше никогда. Ужас! Быстро спустилась вниз, наспех надела шлепки и выбежала из дома… Капец! Работа накрылась медным тазом…

Варя У меня появилась мечта. Да, вот так, жила я спокойно до двадцати лет и не предполагала, что моя жизнь может кардинально измениться в один день. Я прилежно училась в университете, встречалась с подругами, возилась с младшим братом, в общем, была обычной девушкой. А потом ― раз! ― и меня словно окатило ледяной водой. И я поняла, что хочу жить отдельно. Даже не так. Не просто хочу, а очень-очень сильно хочу! Конечно, речь не шла о собственной квартире. Я мечтала хотя бы об отдельной, собственной комнате. Дело в том, что мы с моим братом Максимом уже пять лет, с самого его рождения, делили одну комнатушку на двоих. И раньше меня вроде все устраивало и даже не смущало, что мы разного пола. Но недавно я по чистой случайности подслушала родительский разговор. Они, оказывается, уже давно хотели продать нашу двухкомнатную квартиру и купить трешку в новом доме. В тот вечер я вдруг стала замечать, что в нашей комнате меня раздражает буквально все: Максимкины игрушки, которые он никогда не убирал на место, бесконечные мультики по телевизору, детское нытье, капризы… Я его очень любила и всегда с удовольствием играла и гуляла с ним. Но, будучи мальчишкой шустрым и любопытным, он порой доводил меня до изнеможения. И мне так хотелось хоть немного побыть одной! Спокойно почитать книгу, подготовиться к семинару, да и просто посмотреть какой-нибудь фильм. Максим вырос, и нам стало тесно на одной территории. Я загорелась. У меня впервые появилась мечта! Мне очень захотелось помочь маме с папой заработать на большую квартиру. И я твердо решила, что как только начнется учебный год, буду искать работу. Не выдержав, я призналась маме о подслушанном разговоре, а также рассказала ей о своих наполеоновских планах. Вначале она была категорически против моего рвения, но потом, рассудив, что она и сама начала работать с четырнадцати лет, согласилась со мной и даже похвалила. — Варюшка, — ласково сказала она, — какая ты уже взрослая стала! Ты у нас умница и красавица. Я горжусь тобой. Но хочу сказать одно — если будет тяжело, не гонись за деньгами. Мы с отцом как-нибудь сами постараемся накопить. Жаль, что кредит нельзя взять. — Хорошо, мам, — согласилась я с ней. Да. Кредит мы позволить себе не могли. Папа трудился на мебельном заводе неофициально, а мама была медсестрой в областной больнице с крошечной зарплатой. Поэтому приходилось рассчитывать только на собственные силы. В тот же вечер я узнала, что родители открыли отдельную банковскую карточку и с каждой зарплаты перечисляли на нее деньги для покупки жилья. Все это меня сильно воодушевило, и я до ночи просидела на сайтах по трудоустройству. Сегодня был третий день моих поисков, а результат пока оставался нулевым. Оказалось, что найти работу в нашем провинциальном городке не так уж и просто. Можно было устроиться продавцом, но график совершенно не подходил. А если работать только в вечерние часы, то зарплата получалась смешная. Мерчендайзером? Там тоже нужно было каждый день наведываться в офис. Официантом? Не знаю, это уж точно не мое. Не могла я себя представить в фирменной одежде и с подносом в руках. В общем, пока я так ничего и не нашла. Я грустно вздохнула и потерла глаза. От монитора компьютера они устали и начали слезиться. — Варь, пойдем гулять. Хочу на улицу, — послышался за спиной голос Максимки. Я повернулась на стуле и посмотрела на него. Он, сидя на полу, играл с машинками. И как ему не надоедало целый день заниматься одним и тем же? Катает их сутками туда-сюда. — Как нога? Мама сказала до конца недели сидеть дома! — строго напомнила я ему. Неделю назад во время прогулки Максимка упал с турника и сильно ушиб ногу. Это произошло по моей вине, я гуляла с ним и недосмотрела. Теперь за свою невнимательность мне приходилось расплачиваться тем, что вместо загорания с Анюткой на пляже я должна была сидеть в душной квартире и ухаживать за братом. В тот день в травмпункте врач наложил ему тугую повязку из белого эластичного бинта и сказал носить ее минимум месяц. К слову, сейчас она была уже совсем не белая, а всех цветов радуги. Братик очень радостно разрисовал ее в первый же день, как только приехали из больницы. — Нога не болит. А когда будет можно? Я гулять хочу, — захныкал он. — Ну-ну, тш-ш, не плачь. Ладно, сейчас маме позвоню и спрошу, можно ли нам недолго посидеть во дворе. — Ура! — радостно завопил брат. Я набрала маму, но она не взяла трубку. В принципе, так часто бывало. В работе вся. — Ну что? Можно? — с надеждой посмотрел на меня Максим. — Пойдем. Думаю, ничего не случится, если мы немного погуляем. Свежим воздухом тоже надо дышать. — Ура! А Лера с Аней будут? — Эм-м, нет. Лера в лагерь уехала. А Аня... не знаю. Слишком рано. Скорее всего, она еще спит. Максим немного поник. Лера и Аня были моими лучшими подругами. С ними я познакомилась в университете год назад, на первом курсе. Только Аня с Лерой учились на педагогов, а я ― на факультете психологии. С тех пор мы стали почти неразлучны. Все мы были очень разные, как по характеру, так и по внешности. Сначала нас объединяла лишь учеба. Ну а чуть позже общение переросло в крепкую дружбу. Мы делились друг с другом своими секретами, переживаниями и давали советы. Максимка тоже очень любил моих подруг. Мы часто гуляли вчетвером ― я, Лера, Аня и Максим. Да и в гости они к нам приходили постоянно. — Так, тогда я быстро в душ, и будем собираться. А ты пока игрушки сложи, — скомандовала я. Прихватив из шкафа белье и одежду, я отправилась в ванную. Быстро помывшись под струями горячей воды, оделась и вернулась назад в комнату. Максим выглядел радостным и в то же время подозрительно задумчивым. Натворил что ли чего? Бегло осмотрела нашу комнатку. Две кровати аккуратно заправлены, шкаф целый и невредимый, на столе вроде бы тоже все в порядке. Ну ладно, показалось, наверное. Я достала косметичку и подошла к зеркалу, чтобы немного подкрасить ресницы. Пик-пик ― пропищало вдруг на телефоне сообщение. Отложив в сторону тушь, открыла Ватсап. Сообщение было с неизвестного мне номера и довольно интересного содержания. Писал некий Олег. Олег: «Люб, привет. Это Олег Шведов. Какие пары будут первого числа?» Я улыбнулась и напечатала ответ. Я: «Вы ошиблись номером. Это не Люба». Олег: «Да? Блин, не так записал. Извините». Я больше не стала ничего отвечать, отложила телефон и приступила к макияжу. Я никогда не использовала слишком много косметики, но и без нее мне было некомфортно. А все потому, что у меня были темно-коричневые волосы, и без туши и румян мое лицо выглядело блеклым на фоне ярких волос. Я нанесла пудру, подчеркнула скулы и подвела тушью ресницы. Все. Готово. — Максимка, а ты чего сидишь? Одевайся. Я почти все, — поторопила я брата, который все еще сидел в пижаме. — А чего надевать? — Сейчас. — Я спрятала косметику в ящик и подошла к шкафу. — Вот, держи. Сможешь сам надеть? — протянула я ему футболку и шорты. — Угу. — Молодец, — похвалила я брата, а сама подошла к компьютеру, чтобы выключить его. Тронула мышку, чтобы монитор ожил, и обнаружила полный коллапс на своем рабочем столе ― куча открытых вкладок: Инстаграм, ВКонтакте, какие-то вордовские файлы… Ужас. — Максим, — строго спросила я, — ты опять трогал мой компьютер? Больше всего я боялась, что брат что-нибудь случайно удалит. Например, курсовые работы или электронные книги. — Что? — как ни в чем не бывало откликнулся он. — Что-что! Я же тебя сто раз просила, чтобы ты не подходил к моему компьютеру. Там важные документы. Капец! — Капец! — передразнил меня Максимка. — Не говори такие слова! — одернула я брата. — Но ты же говоришь! — оправдался он в ответ. — Я взрослая, мне можно. А тебя папа будет ругать, если услышит. — Я тоже большой уже. — Большой, большой, — согласно кивнула я. — Все, пора пароль устанавливать, — пробубнила я себе под нос, закрывая многочисленные вкладки. Да, от Максимки многое приходилось прятать чуть ли не на потолок. Хотя мне иногда казалось, что он и там достанет, если ему сильно приспичит. Это был еще один минус совместного проживания в одной комнате с братом. Ничего нельзя оставить без присмотра. Мне даже пришлось завести специальный ящик, который закрывался на ключ, где я хранила важные документы и рисунки. — Я все, — сообщил Максимка. — Хорошо, пошли. Мы вышли во двор. Лето было в самом разгаре, но уже становилось немного грустно, что оно скоро закончится. И через две с половиной недели начнется учебный год. Хотя учиться я любила. В школе занимала видное место среди отличниц, а в университете отбивалась от прогульщиков, которые так и норовили списать или привязывались со своей курсовой или докладом. — Варь, хочу на качели, — заканючил Максим. — Пошли скорее, пока никто не занял. — Пошли, — улыбнулась я. В кармане легкого джинсового сарафана снова пиликнуло. Я помогла брату взобраться на качели и достала телефон. Хм, я сегодня прям нарасхват. Скорее всего, сообщение от мамы. Ой, нет! Снова писал незнакомец. Олег: «Девушка, а вы случайно не рисуете? Крутой рисунок на аватарке». Что?! Он что, флиртует со мной? И откуда он знает, что я девушка? Я вроде бы не представлялась. Хотя догадаться, конечно, было нетрудно, ведь на заставке у меня действительно находился мой рисунок, выполненный карандашом, ― стройная девушка с развивающимися на ветру длинными волосами. Я усмехнулась. А почему бы и нет? Могу же я просто пообщаться с ним. Я была абсолютно свободна, поэтому без зазрения совести ответила ему. Я: «Да. Это мой рисунок. Мое хобби. Очень люблю рисовать людей». Ответ пришел мгновенно. Олег: «Оканчивали художку?» Надо же, догадливый! Я: «Да». Олег: «Я тоже. Вот это совпадение! Правда, рисование не переросло в хобби. Я увлекаюсь более экстремальными занятиями». Я: «Какими? И если уж мы общаемся, можно узнать, сколько вам лет?» Отправила и тут же подумала, что если он в своем первом сообщении спрашивал о предстоящих парах — значит, мой ровесник. Олег: «Мне двадцать два. А вам?» Я: «Мне двадцать. Так какое хобби?» Олег: «Отлично! Тогда может на «ты»? Я люблю мотоциклы». Ух, вот это знакомство! И почему я решила, что он хороший парень? Жаль, что у него нет фотографии в профиле. Набрала ответ и отправила. Я: «Согласна. Меня зовут Варя. Я ни разу не каталась на мотоцикле». Олег: «Боишься?» Я: «Нет. Просто не выпало шанса». Олег: «Могу прокатить». Что?! Ничего себе, так прямо слету! Я стояла немного в шоке, но все же строчила ответ, не забывая при этом раскачивать Максимку. Я: «Не думаю. Очень быстро. Я тебя совсем не знаю». Ответа не последовало. Размышляет, что написать, или занят? Вот я уже и думаю о нем. Всего-то знакомы десять минут, а мне уже интересно, что он сейчас делает. Та-ак, нужно сбавлять обороты. Вдруг он какой-нибудь маньяк или аферист? Сейчас возьмет и попросит скинуть денег на карточку. Внезапно телефон в руке снова пикнул. Олег: «Отлично, Варя. Рад знакомству! У нас еще будет время пообщаться. Я сейчас за границей, вернусь через пару недель. Кстати, где ты живешь? Судя по первым цифрам твоего номера, мы живем в одном городе…» Вот это да! Не только на мотоцикле зовет кататься, но уже и спрашивает, где я живу. Я хотела набрать ответное сообщение, но телефон опять ожил. На этот раз шел вызов от Ани. — Алло! Привет! — слишком радостно поприветствовала я ее. Вся эта переписка с Олегом каким-то волшебным образом подействовала на меня. Я вдруг представила, что вполне могу понравиться ему и даже сходить с ним на свидание. Правда, я его еще не видела, да и он меня тоже. Но ведь дело не в красоте! Главное — душа. — Вау, привет! Ты уже не спишь? А я боялась разбудить тебя, — ответила Аня сонным голосом. — Нет, не сплю. Разве с Максом поспишь? Он с шести на ногах. Мы во дворе. Решили немного погулять. — Мм… это хорошо. Я к вам заеду скоро. А то мне скучно одной, — сообщила подруга. — Конечно приезжай. Я тебе такое расскажу!.. — Какое «такое»? — встрепенулась Анютка. — Не по телефону. Будет сюрприз, — нервно хихикнула я. — Ну-у, так нечестно, — драматично протянула подруга. — Честно. Давай, быстрее собирайся. Все! Ждем. — Окей! Умеешь ты заинтриговать. Уже одна нога в шлепке, — пошутила подруга и нажала отбой.

Варя — Варь, то есть ты хочешь сказать, что у тебя за две недели не было повода попросить его фотку? — возмущалась Анюта, намазываясь кремом для ровного загара. Мы уже целый час лежали на пляже и загорали. Сегодня у меня был выходной от Максимки. Мама взяла долгожданный отпуск и теперь сама занималась им. Погода была шикарная. Лето выдалось довольно необычным: то холодно, то жарко, день на день не приходился. Поэтому мы с подругами использовали каждый шанс, чтобы погреться на солнышке. — Не было. Представь себе. Да он и мою ни разу не попросил, — ответила я и посмотрела вдаль, на голубую реку. С Олегом мы общались уже две недели. За это время я многое узнала о нем. Например то, что он закончил ту же художественную школу, что и я, а сейчас учится на факультете бизнес-информатики и любит путешествовать. Ему так же, как и мне, нравится море и солнце, и как раз сейчас, со дня на день, он должен вернуться из Турции домой. — Вдруг он урод или калека? — предположила Аня. — Ой, Анют, сплюнь. Надеюсь, что нет. Не калека, это точно. Стал бы он на мотике гонять? Я вообще-то о другом переживаю, — погрустнела я и тяжело вздохнула. — О чем? — Вдруг я ему не понравлюсь, такая… — Я поправила солнечные очки и посмотрела на стройняшку Анюту. — В смысле? Какая «такая»? — искренне не поняла она. — Толстая корова, какая же еще, — буркнула я обиженно, будто бы Аня была виновата в этом. Мне не нравилась моя внешность, точнее моя полнота. Я ощущала себя толстой и очень комплексовала из-за этого. Хоть подруги и родители этого не замечали и говорили, что я красотка, но я-то видела себя в зеркало и прекрасно понимала, что у меня не просто широкая кость, а приличный запас лишнего веса. — Брось говорить ерунду. Сорок восьмой размер ― это еще не толстая, — твердо произнесла подруга. — Пятидесятый, — поправила я подругу. — Какая разница? — махнула она рукой. — И вообще, может, это повод уже начать бегать по утрам? Мотивация, а? И я могу с тобой за компанию. Так когда, ты говоришь, вы встречаетесь? — Через неделю. Вроде бы… — Ну вот, еще много времени. Успеем немного скинуть, и будешь у нас красоткой! — с оптимизмом заявила Аня. — И я не понимаю, сколько можно загоняться по этому поводу? Я думала, ты уже переросла свои детские комплексы из-за фигуры. — Я тоже раньше так думала. Пока с Олегом не познакомилась. А сейчас вообще боюсь с ним встречаться. Он настаивает на встрече, а я все отмазки нелепые придумываю. Вот еще на неделю оттянула. Да. Мне действительно было страшно. В кои-то веки мне выпал шанс познакомиться с интересным молодым человеком, а я боялась нашей встречи как огня. Но так же сильно мне хотелось увидеть его. — Так, Варь, не кисни! С завтрашнего дня я объявляю марафон по улучшению нашей внешности. — Какой еще марафон? — Бегать будем! — А что, Анют! Надо уже что-то делать со всем этим жиром, — согласилась я, вспоминая себя в детские годы. Раньше, в далеком-далеком детстве, я была практически тростинкой. Настолько худой, что казалось, если ветер подует сильнее, то легко унесет меня в неизвестном направлении. Меня этот факт совсем не беспокоил. Я ела очень мало, но мне этого хватало, чтобы быть жизнерадостной и учиться на пятерки. Так было до шестого класса, пока врачи на очередном медосмотре не поставили мне диагноз — предположительно нервная анорексия. Вот тогда-то родители стали бить тревогу. Моя мама работала в больнице, и куча добрых и хороших врачей насоветовали ей положить меня в стационар на обследование. Я была против. Помню, как сильно расстроилась из-за этого и весь день поедала все, что только можно, лишь бы набрать немного веса. Но безрезультатно. И родители все-таки согласились на лечение. Так я попала в больницу. Диагноз не подтвердился, и с психикой у меня, слава богу, оказалось все в порядке. Тогда меня перевели в отделение гастроэнтерологии, чтобы проверить еще один диагноз — дистрофия. Но и он не подтвердился. Оказалось, что я абсолютно здоровый ребенок. После месяца скитаний по больницам, очутившись наконец дома, я была так растерянна и напугана, что стала есть за троих. В итоге мой вес стал потихоньку приходить в норму. Но было бы смешно, если бы не было так грустно. Привычка много есть сыграла злую шутку, и к десятому классу я из хрупкой тростинки превратилась в упитанную пышку. — Ой, Варь, я ж совсем забыла, — отвлекла меня Аня от болезненных воспоминаний. — Ты о чем? — Сейчас, погоди... — Подруга взяла свою пляжную сумку, достала оттуда маленький листок бумаги и протянула мне. — Это что? — На листке был написан номер телефона. — Работа! Ты же ищешь? — Ищу. — Ну вот. Требуется репетитор для девочки. Зарплата хорошая. Детей ты любишь, — хихикнула она. — Ой, спасибо. Мама что ли нашла? А по какому предмету? Мама Ани работала в центре занятости населения, и я сразу все поняла. — Конечно мама. Я ей случайно рассказала про тебя, а она мне вчера вечером этот номер дала. Сказала, такие вакансии долго не задерживаются, поэтому звони прямо сегодня. А насчет предметов не знаю. Школьная программа, наверное. — Анютка, спасибо большое! — обрадовалась я. — А я как-то репетиторство не рассматривала даже. Только бы приняли еще! — Да не за что. Ты свои дипломы прихвати с олимпиад, и тебя точно возьмут. Знания у тебя свежие. Так что вперед и с песней! — Спасибо, — я с благодарностью посмотрела на подругу. Положив листочек в сумку, я с улыбкой улеглась на спину. Настроение мое улучшилось, и я принялась радостно обдумывать новые перспективы. Я никогда не занималась репетиторством, если не брать в счет троечников, которым я иногда пыталась что-то объяснить по собственной инициативе. И мне очень захотелось попробовать, тем более если будет хорошая зарплата. — Может, по мороженке? — вновь подала голос подруга. — Давай!— согласилась я и тут же спохватилась, нахмурившись: — Ой, нет, я не буду. Надо худеть уже. — Точно, я не подумала. Жалко… — протянула Аня, жалобно вздохнув. — Но ты-то ешь, не смотри на меня. — Не-ет, я тебя не брошу. Нет так нет. — Может, тогда яблочко? У меня есть с собой несколько штук. Садовые, свои, — предложила я. — Давай! Витаминчиками похрустим. Я угостила подругу, и мы снова улеглись на клетчатое покрывало, наслаждаясь жаркими лучами летнего солнца.