Для исчезновения Лев Таиров выбрал крайне неудачный момент. Мы с Ириной тщательно спланировали этот день, собираясь насладиться обществом друг друга. Подготовились основательно: сдали ребенка в детский сад, разработали культурную программу, нарядились. Никита, похоже, был шокирован моей идеей провести едва ли не сутки в плотном контакте с подругой. Я решительным жестом захлопнула ноутбук – рекламная статья о фирме, устанавливающей евроокна, подождет! - Но вы и так каждый день болтаете по телефону до умопомрачения! - воскликнул Никита. - Да, милый, - кротко согласилась я. - Вчера вы тридцать минут обсуждали это… как там… - Что? Ну, вообще-то, мы с Ириной обсудили множество вопросов. Во-первых, она купила новые туфли. Прочитав в глянцевом журнале о том, что современная девушка (если она себя таковой считает) не имеет права расставаться с двенадцатисантиметровыми шпильками даже принимая ванну, Ириша измерила линейкой все свои 1672 пары и впала в шоковое состояние. Ни один каблук не дотягивал до необходимого стандарта! Вскоре недоразумение было исправлено – подруга приобрела великолепные туфли на шпильках: цену она назвала мне шепотом, чтобы не услышал муж. Теперь Ириша интересовалась, как на них передвигаться. Странно, но костыли и гипс почему-то в комплект не входили. - Знаешь, - сказала подруга, - такое ощущение, что под каждой пяткой у меня по Эйфелевой башне… Во-вторых, мы долго разрабатывали план обогащения кальцием детского организма. Иришина трехлетняя дочка внезапно прекратила есть йогурты одной известной марки – а ведь раньше они шли на ура. Мы сразу поняли: детеныш решил поддержать российского производителя. Пришлось затариться местным творогом и кефиром. Но этот номер не прошел. Маленькая вредина упорно воротила носик-кнопку. Тогда Ира ограбила аптеку – педиатр порекомендовала моей подруге три препарата кальция, плюс два страстно разрекламировал аптечный фармацевт (наверно, подрабатывал промоутером). Ириша купила все пять. - Ой, отстань от ребенка, - попросила я подругу. - Она не вырастет! - панически кричала Ирина. - У нее не сформируется скелет! Интуиция мне подсказывала, что скелет у Анечки уже сформировался. И вряд ли особую пользу принесет ему кальций в таблетках. Но мамаша, озабоченная здоровьем чада, невменяема… В-третьих, Ирина собралась заказать новые шторы в спальню. Обои и ковры оставались прежними, но в то же время Ире хотелось кардинально изменить интерьер. Значит, тюль и портьеры должны были, с одной стороны, гармонировать с прежней обстановкой, с другой стороны, разительно отличаться от старых. И еще они должны были понравиться Льву. А так же соответствовать моде… Ясное дело – проще России вступить в ВТО, чем Ире подобрать шторы, подходящие по всем параметрам. Ирина листала каталоги с лицом профессора, расщепляющего атом. Я искренне за нее радовалась – прекрасно, когда у человека нет более серьезных проблем… - А затем вы два часа перемывали кому-то косточки, - напомнил Никита. - Мы?! Нет! Мы вовсе не… Инсинуация! Заведомо ложное обвинение! Я протестую! Мы вовсе не перемывали косточки Нонне – еще одной участнице нашего девичьего триумвирата! Мы с искренним сочувствием обсуждали ее проблемы. Какое щемящее удовольствие: поговорить с одной любимой подругой о тяжелой судьбе другой любимой подруги! Но если у Никиты сложилось впечатление, что мы сплетничаем о Нонне, то нам стоит задуматься… Да нет же! Мы любим Нонну! Мы так ее любим. - Как бы то ни было, - заключил Никита, - потом ты отправилась добивать статью и шуршала клавишами до утра. А я остался без секса. - Издержки профессии: именно ночью накатывает вдохновение. Но я компенсирую. Отработаю, - пришлось дать клятву любимому. Мужчины нежны и зависимы. Их травмирует вид подруги, безвредно воркующей по телефону в течение каких-то несчастных двух-трех часов. И заметьте: при этом я почти не заглушаю телевизор. И беспрестанно посылаю в сторону любимого ободряющие взгляды. Но все равно. Стоит лишь на секунду отвлечься от его персоны, и мужчина сразу ощущает себя заброшенным… В шикарном коттедже Льва Таирова состоялась идентичная сцена. - Ты собираешься провести целый день с Юлей? - изумился Лев. - Да. А что? - Но вы же постоянно вместе. - Мы не виделись целых две неде… одну… Целых шесть дней! - И где вы, девочки, берете темы для разговоров? Неужели тебе не хватает общения? - Честно? Не хватает, - призналась Ирина. Я ее прекрасно понимаю. С тех пор, как она ушла с работы и переселилась за город, ее жизнь напрочь лишилась тревог и напряжения. Теперь ей не надо добывать средства к пропитанию, выгадывать рубли на покупку фруктов и детской одежды. Она живет в волшебном саду - стоит протянуть руку, дотронуться до деревца с хрустальным стволом, и оно тут же с тихим звоном осыпается золотыми монетами. Цветы сверкают на солнце - их лепестки выточены из драгоценных камней. Газон перед домом переливается чистейшими изумрудами. За год, проведенный в объятиях Таирова, Ирина привыкла воспринимать роскошь как нечто само собой разумеющееся. И теперь ей опять чего-то не хватает. Раньше, когда у нее вовсе не было денег и мужчины, вопрос счастья решался проще. Сейчас, когда рядом с ней мужчина с деньгами, все стало гораздо сложнее. И они еще думают, нам не о чем поговорить! Три часа по телефону - это только легкая разминка. Мы еще не добрались до вопросов контрацепции и не обсудили гардероб Людмилы Путиной. Да и с портьерами в спальню так ничего не решили… - В шесть вечера Лёвушка заберет Аню из садика, - радостно сообщила Ирина. - А я получила увольнительную в город до часу ночи. Чем займемся? У меня бездна идей! Развлекательная программа, предложенная Ирой, потрясала воображение. Да, подруга умела мыслить нестандартно, я опять в этом убедилась. Программа Ирины: 1) Завтрак в кофейне. 2) Посещение мебельного магазина. 3) Посещение торгового молла. 4) Посещение магазина-ателье «Домашний текстиль». 5) Суши-бар (обед). 6) Посещение 26 бутиков на центральной улице города. 7) Посещение магазина (выбор Юли). 8) Ночной клуб (ужин, танцы, знакомство с мальчиками). - Великолепно! - констатировала я. - Вот что случается с девушкой, когда она сильно ударяется головой о сундук, набитый золотыми дукатами. - Какой сундук? - похлопала ресницами Ириша. - Нет никакого сундука. У меня кредитная карточка. - Седьмой пункт тронул до слез. Я задыхаюсь от благодарности. Ты оставила мне право выбора! Любой магазин, какой захочу, да? Я укажу пальцем, и мы туда пойдем?! - Да, - удовлетворенно кивнула Ириша. - Вау! Спасибочки! – ядовито поблагодарила я. Никогда особо не любила шопинг, а ежемесячные выплаты по ипотечному кредиту и вовсе отбили желание мотаться по магазинам. Мало приятного - чувствовать себя несостоятельной. - А вот это… Восьмой пункт. Знакомство с мальчиками… Что ты имеешь в виду? - Будем веселиться с молодежью. Я собираюсь выглядеть на двадцать два при дневном освещении и на семнадцать лет - при искусственном. Как ты думаешь - получится? Я внимательно посмотрела на Ирину. У нее утонченный вкус, и не стоит сомневаться - ей вполне удастся с помощью косметики отщипнуть десяток лет от своего полновесного тридцатника. Гладкая кожа, блестящие волосы, чудесная фигура… При желании она успешно прикинулась бы и подростком. Однако в ее глазах – история тридцатилетней женщины, матери-одиночки, лишь недавно встретившей прекрасного принца. Беспечной и шальной девчонкой, раздвигающей толпу бюстом, свободным от оков лифчика, Ирине уже никогда не стать. Да и не нужно! Она прекрасна в своем возрасте. - Нет, ты серьезно собираешься познакомиться с пацанами? Да у тебя муж – почти грудничок! Ненасытная ты моя! - Лев младше меня всего на два года, - сухо напомнила Ирина.

Увы, ввиду сложившихся обстоятельств, до ночного клуба мы так и не добрались. Мальчики, внесенные в программу - эти резвые двадцатилетние аполлоны, были безжалостно лишены общества двух престарелых тетенек… Я решительно вычеркнула из списка все пункты с упоминанием слов «магазин», «молл», «бутик». - Ну, хотя бы заедем в «Бумеранг»! - взмолилась Ириша. - Я мечтала побродить там с тобой! - Еще чего не хватало, - отбрила я подругу. - Тебя не тошнит от магазинов? - Торговый молл! И он только-только открылся! Да, грандиозный комплекс «Бумеранг» начал работать совсем недавно. Монументальное, сверкающее синими поверхностями сооружение отгрохала строительная компания «Спектрал». В прошлом году эта фирма активно публиковала рекламу в журнале, где я работаю. Мой начальник уже несколько раз отправлял меня в путешествие за Святым Граалем - надо было наведаться в «Спектрал» и исторгнуть из рекламодателя новый контракт. Но каждый раз я сворачивала с тропинки, ведущей к офису фирмы - неотложные дела не позволяли добраться до живительного оазиса. Так недолго и выгодного клиента потерять! В прошлом году строительная компания щедро оплачивала журналу аллилуйные статьи. Сейчас, судя по объемам строительства, развернутого «Спектралом» в центре города, фирма стала еще богаче. Ладно. Заедем в «Бумеранг», восхитимся размахом, освидетельствуем эскалатор, прокатимся на скоростных панорамных лифтах. Потом, когда я стану уговаривать строителей заключить с журналом «Удачные покупки» новый контракт, это позволит мне быть убедительной: приятно хвалить хорошее. «Спектрал» действительно умеет строить и достоин комплиментов. Надеюсь, в этом году мой процент от контракта с этой фирмой будет несколько выше, чем в прошлом… Позавтракав в кофейне (Ирина давно запала на их пирог с брокколи, а я - на «венский» кофе), выкурив по сигарете (видели бы это наши мужчины! Кошмар! А я, если честно, выкурила целых три), мы отправились в пресловутый «Бумеранг». Раз подруге так хочется. Сыграли в боулинг, затем убили целый час в отделах нижнего белья. Их в торговом центре оказалось одиннадцать! В восьмом отделе Ириша была, как прежде, бодра и активна, а я, при всей любви к красивому белью, демонстрировала отчетливые признаки маниакально-депрессивного психоза. Челюсть тряслась, прическа топорщилась, так, словно меня подсоединили кабелем к линии электропередач. Ира в очередной раз уверенно прошествовала в примерочную и ловко сдернула с себя одежду - сегодня на ней было яркое летнее платье. Персиковый цвет подчеркивал загар. - А вот как раз для тебя! - Ириша протянула вешалку с прицепленным к ней комплектом. Блестящий голубой атлас и матовое кружево. - Примерь! - Нет! - рявкнула я. - Твой размер. - Не хочу, - я уже ненавидела корсетные изделия всеми фибрами души. Тем более, что необходимость изыскивать резервные мощности организма для наполнения чашечек лифчика всегда мучительна. Кому-то повезло больше: шмяк! - и бюстгальтер размера В, С и даже D туго набит природным богатством. А мне приходится надувать легкие и собирать кожу чуть ли не со спины, чтобы удовлетворить запросы лифчика с чашечкой А… Нет уж, спасибо. Ну, наконец-то удалось извлечь подругу из дебрей торгового молла. - Вроде бы ты не собиралась ничего покупать, - окинула я взглядом ворох пакетов. - Эх, горе! Давай половину… Законопатив покупки в багажнике автомобиля, мы отправились на выставку картин местных художников. Это был козырной туз, вытащенный мною из рукава. Немного побаивалась, не устроит ли Ирина мне обструкцию: ведь я попыталась напомнить ей о том, что в мире, кроме материальных, существуют и другие ценности… Но подруга оказалась на высоте - в стенах картинной галереи она так же трепетала от восторга, как и в магазинах нижнего белья. Мне нравится ее открытость новым впечатлениям. Местные художники порадовались бы такому благодарному зрителю. У мрачных готических картин в свинцово-черных тонах по лицу Ирины пробегала тень, рядом с полотном, изображающим ромашковый букет, она сияла от удовольствия. - Сколько интересных авторов, как много талантливых людей, правда? - сказала подруга. - Но кто о них знает? Эти художники… Они еще где-нибудь выставляются? Путешествуют по миру с выставками? - Вряд ли, - скептически хмыкнула я. - Видишь, как мало посетителей в зале. - Да. А это все продается? - Да. - Но, наверное, не очень-то покупается. Бедные художники! - посочувствовала Ира. - Неблагодарная профессия. Пробиваются единицы, а что делать остальным? - Просто жить. Это не только художников касается. Наверное, пять процентов человечества - везунчики, они сияют и искрятся в лучах успеха и славы. Остальные девяносто пять - обычные люди. И у всех - разнообразные психологические проблемы. Причем, у счастливчиков, получивших от фортуны кубок с нектаром и амброзией, они на грани патологии. А художники… Возможно, они подрабатывают оформлением квартир. - Но мечтают о славе живописца, а не дизайнера. О, смотри, какие роскошные оранжевые цветы! Они подходят к моему платью. - Давай, выложи пятнадцать тысяч рублей. - Ты смеешься. - Пойдем дальше. Впереди у нас еще выставка известного европейского фотографа. - Классно! - захлопала в ладоши Ирина. - Спасибо, что не позволила мне сгубить молодость, скитаясь по бутикам. Сейчас я поняла - на выставках гораздо интереснее. Ты, наверное, меня осуждаешь? - С какой стати? - Я превратилась в матерого шопоголика. - Это факт. Но я тебя не осуждаю, а люблю. Да, ты задыхаешься в тисках гламура. Но что ждать от девушки, столько лет страдавшей от бедности и вдруг сорвавшей джек-пот? Ясное дело, тебе хочется вмиг истратить все деньги Льва Таирова. - Тратить деньги так приятно! Ну, где же твой знаменитый фотограф? Покинув картинную галерею, мы пересекли площадь. Город плавился от июньской жары. Солнце нагревало асфальт, гранитные лестницы и облицованные камнем стены домов сталинской постройки излучали тепло. Горячий воздух обволакивал, как вата. А в маленькой галерее, где были выставлены работы лондонского мастера, ответственно вкалывал кондиционер, тут царила прохлада и свежесть. Фотографии нас потрясли. На них были запечатлены люди из самых разных уголков планеты - аборигены Австралии и обитатели Парижа, жители мегаполисов и покинутых деревушек… Конго и Парагвай, Гренландия и Камчатка… Радость, ликование, отчаянье, горе… Лица стариков, испещренные морщинами, глаза, наполненные мудростью. Сомалийский ребенок, изувеченный миной. Ливанец, сгорбившийся у развалин взорванного дома… - О-о-о, - протянула Ирина. - Удивительные портреты. Ты знаешь, мне стало стыдно за свое благополучие. Да, я слишком благополучна. - Конечно! И давно? Целый год уже благоденствуешь! - Даже до появления в моей жизни Льва я тоже жила неплохо! – засопротивлялась Ирина. – Разве нет? Вспомни, как здорово нам было втроем, ты, я и Анечка. - Лучше вспомни, как считала копейки до зарплаты и с температурой бегала на работу. - Зато сейчас я катаюсь, как сыр в масле, - с грустью констатировала Ириша. Рядом с фотографиями, рисующими человеческое горе во всех его оттенках, ей было стыдно за свое счастье. - Не стыдись, а цени то, чем владеешь. - Да, наверное, ты права. Потрясающие лица! Вот гватемальский старик, выдубленный солнцем и вымоченный тысячей тропических ливней. Мне кажется, он познал смысл жизни. - Или просто задумался, у кого стрельнуть понюшку табаку. - Юля! С тобой нельзя говорить серьезно! Можно. Порой, я бываю весьма серьезна. Меня, например, интересует вопрос, почему и в картинной галерее и на выставке фотографий так пусто, а торговый комплекс «Бумеранг» в это же время представляет собой пчелиный улей? Почему абсолютное большинство индивидуумов с готовностью играют роль тупых роботов-потребителей? Почему в свободную минуту надо разрываться между боулингом, кафе и торговыми рядами? Что за плебейская традиция - выбираться всей семьей на прогулку в супермаркет, а, к примеру, не в геологический музей? - Да, к вопросу о табаке. Не пора ли отравиться никотином? - Нет, я больше не буду! - заартачилась Ирина. - Ты тоже собиралась бросить курить. - Я почти бросила. Сократила потребление практически в пять раз. - Не очень-то и заметно. - Но каких мучений мне это стоит!

В семь вечера, когда внезапно налетел ветер - неожиданно холодный и потому приятный - а небо загромоздили черные тучи, из Ириной сумочки донеслась чарующая мелодия. Подруга достала телефон, и пока она, меняясь в лице, разговаривала, я рассматривала брелок на ее мобильном. Продолговатый цилиндр из желтого металла (золото?), инкрустированный камешками (бриллианты?). Что это? Флакончик духов или губная помада? Или просто украшение-талисман? - Ирина Сергеевна, здравствуйте, это из садика беспокоят. Над нами загрохотало, небо разломилось пополам, расколотое молнией, хлынул дождь. Мы помчались к машине. - Алло? Да, я слушаю! Если бы Ирише позвонили из детского сада в рабочее время, она тут же свалилась бы в обморок, предвидя сообщение о трагическом случае на прогулке. Мамаша! Она всегда так переживает за Анечку. Я тоже. Но сейчас шел восьмой час, наша своенравная пигалица, наверняка, давно пребывала в обществе Льва Таирова и деловито им руководила. У нее отлично получается: когда стокилограммовый детина, владелец процветающего агентства недвижимости, богач, гроза конкурентов, по просьбе трехлетней козявки изображает лошадку или слоника - это так трогательно! Поэтому Ирина не испугалась странного звонка, а лишь нахмурила брови. - Ирина Сергеевна, почему вы до сих пор не забрали Анечку? - деликатно осведомилась воспитательница. - Уже поздно! Мы сидим с ней вдвоем. Анна очень удивлена… м-м-м… вашим поведением. - Как?! - вскинулась Ира. - Не забрали? Лев ее не забрал? - Если хотите, я сама приведу ее к вам. - Но я не в поселке, а в городе. Светлана Геннадьевна, подождите еще двадцать минут, я приеду. Какой сервис! Воспитательница готова самолично конвоировать детеныша домой. Конечно, ведь это не муниципальный детсад, а дорогой частный садик в Ирином коттеджном поселке. У них там другая страна - вылизанные тротуары, роскошные цветники и фонтаны, пруд, сквер и т.д.… Но почему же Лев не забрал ребенка? Ириша убрала телефон. - Почему же Лев не забрал Аню? - взволнованно повторила она мой молчаливый вопрос. - Не успел, должно быть. - Но почему не предупредил меня? - Не смог дозвониться. - Как это не смог дозвониться! Воспитательница же смогла! - Нет, ну… Возможно он умотал куда-то далеко в захолустье, решил осмотреть выставленный на продажу дворец. Думал - успеет вернуться. Но не успел. А связи там нет. - Весело, - хмуро процедила сквозь зубы Ириша. - Нет связи. И кому нужен дворец в глуши, где не ловит телефон? Она нервно жала на кнопки, пытаясь дозвониться до мужа. Безрезультатно. - Ну, что там? - Так странно. Длинные гудки. Не берет трубку. Но почему? - в голосе Ириши уже звучали панические нотки. - Нет, я не буду нервничать заранее. - Правильно, не надо. - Значит, ночной клуб отменяется, - заторможенно произнесла Ира. - Естественно. - И все равно… Я волнуюсь. Лев всегда такой обязательный. Он же обещал забрать Аню. И не выполнил обещания. Странно… - Так, моя версия тебя не устроила. Подожди минутку, я придумаю что-нибудь еще. А вдруг… А вдруг Лев разбился на машине?! И сейчас, изувеченный, впечатан в покрытие загородного шоссе! Я ощутила щекой шершавый раскаленный асфальт и горячую липкую влагу на шее. Запах бензина, горелой резины, перегретого металла… И совсем рядом мелькают колеса проезжающих по встречной полосе автомобилей… Дыхание перехватило. Ужас. Наверное, сейчас мне лучше прикусить язык. Я с опаской посмотрела на подругу, и по затравленному взгляду поняла: ее мысль работает в том же направлении. Фантазия неслась вскачь, придирчиво отбирая из множества объяснений самые кровавые и фатальные. - Ну-ка, прекрати! - одернула я Ирину. - Хватит. Не успел мужик. Или вообще забыл. Отмутузишь его вечером тефлоновой сковородкой. - Да не мог он забыть! - всхлипнула Ириша. - Ладно, поеду. Я слишком благополучна, сказала она. Небеса отреагировали мгновенно. Оскорбились - девица не оценила их щедрость.