Ангелина — Может, всё-таки не стоит этого делать? — вот уже в сотый раз за последние сутки я задала этот вопрос. В начищенных стёклах высокого здания передо мной собой отражались солнечные лучи, ослепляя своим ярким блеском. В Рио-де-Жанейро приближался полдень, а значит любоваться мне этой красотой оставалось буквально считанные минуты. Вот я и смотрела и никак не могла насмотреться. А если точнее, просто-напросто оттягивала момент, когда войду в это офисное здание и начну свою глупую игру. Ах да, я прибыла в Рио-де-Жанейро, чтобы устроиться на работу к собственному жениху, о чём тот, понятное дело, совершенно не в курсе. Рафаэль Оливейра вообще теперь о многом не в курсе. Например, о том, что в действительности я желаю расторгнуть с ним нашу помолвку. И не потому, что он мне совсем не нравится. Вообще он… потрясающий! С огненными волосами и умопомрачительной бирюзой в глазах, подобно прибрежным водам Мальдив. А ещё у него очень красивая улыбка. Чуть хитрая, с долей предвкушения, и такая же заманчивая, как волны океана в шторм. Когда-то, в далёком детстве, я с ума сходила от неё одной. Хранила его фотографию под подушкой. Да что уж там, я искренне верила, что мы можем стать парой, как мама с папой. Но то лишь мои мечты, из которых я давно выросла. И раз уж предоставился шанс избавиться от этого якоря, то почему бы им не воспользоваться? Так я думала до того, как не ляпнула это при своей сестре, которая непонятно с чего вдруг загорелась идеей познакомить нас с Оливейра в неформальной обстановке. Типа как можно от кого-то отказаться, даже не успев познакомиться? Можно подумать, наше знакомство что-то изменит, учитывая, что я ему никаким боком никуда не упёрлась, как и он мне. Но Селена — это Селена. Если ей что-то взбредёт в голову, проще согласиться, чем доказать обратное. Вот я и согласилась на свою голову, о чём уже раз сто пожалела. В гарнитуре послышался смешок пары моей сестры Доминика Аль-Азиза. Он же Демон. Он же пустынный альфа без клана, бывший наёмный убийца и создатель крутых гаджетов, которыми пользуется практически весь мир оборотней. И он же тот, кто помог мне с созданием моей новой личности. Так что, если Рафаэль вдруг решит навести обо мне справки, то наткнётся на самую настоящую семью Мартинс, у которой есть сбежавшая от замужества дочь, решившая жить собственным умом. — Да я бы вообще тебя к этому рафаэллке, — исковеркал Доминик имя моего жениха, — и близко не подпустил, если честно, и сразу тебе о том сказал. Так что с этими вопросами к своей сестре. Тебя никто не заставлял вестись на её уговоры. Что ж, с этим не поспоришь. Всё сама. А могла бы сейчас лежать на белом песочке семейного острова, или носиться по лесам в обществе Кайла-Кристофера — младшего брата любимой мамочки, который являлся моим ровесником и лучшим другом по совместительству. И чего я с ним не осталась в Москве? Вместо этого поехала в гости к старшей сестре. Съездила. Аж до самой Бразилии. — Ты прав, — согласилась со вздохом. — Глупая затея. И откуда у неё такая уверенность, что он выберет именно меня на должность своего референта? Особенно, если учесть, что я ни черта не смыслю ничего в подобной работе! — проворчала и раздражённым жестом откинула с лица прядь золотистых волос. Ещё и это… На самом деле я серая волчица и цвет моих волос напоминает серебро, покрытое инеем, но ради дела пришлось их перекрасить. Как и изменить цвет глаз с серого на синий. И вуаля, теперь для всех я не Ангелина Рязанова, дочь альфы клана серых волков, а Микаэла Мартинс — среднестатистическая волчица с альфа-геном из богатой аргентинской семьи. — И наряд этот… — передёрнула плечами, прикрытыми короткими рукавами, оттянув подол зауженного чёрного платья длиной до колен. — Обязательно было надевать именно его? Оно жутко неудобное, — пожаловалась. — Ну, это тебе не твои пляжные шортики и топики. Деловой стиль, — назидательно заметил Доминик. — А то, что оно в обтяжку, ничего? — в очередной раз потеребила ткань на бедре, остановившись у самых дверей, не решаясь всё ещё переступить их порог. — Папа узнает если, век воли не видать. — Цыц, мелочь, иначе вовсе без него отправишься, — пригрозили мне. — Да уж лучше без него, — буркнула недовольно. — Как по мне и то приличней будет. — Могу устроить, — тут же подловил меня пустынный альфа. — Нет! — тут же пошла на попятную. — Всё нормально! Знаю я его. Ведь действительно сделает, как сказал. За ним дело не станет. И как только Селена уживается с ним, таким? — Раф скоро будет, — присоединилась к нашей беседе та, о ком подумала. — А может всё-таки не надо? — решила напоследок ещё раз попробовать уговорить сестру отказаться от этой затеи. Куда там! — Неа, — весело озвучила она и без того понятное. — Обещала, исполняй! — отключила вызов. Вынула из уха гарнитур и на негнущихся ногах, обутых в туфли на десятисантиметровой шпильке, я всё-таки вошла в главный офис нефтяной компании Оливейра. Кое-как добрела до нужного этажа, где в холле, перед кабинетом Рафаэля, расположились остальные претендентки в ассистентки. Дамочки были как на подбор: высокие, стройные, яркие, одетые похлеще моего (я сразу прониклась благодарностью к Доминику за выбор одежды!), рыжие, брюнетки, блондинки, даже парочка пепельноволосых нашлась. И все смотрели друг на друга, словно собирались поубивать. Мило… И абсолютно неприемлемо в моей голове. Даже я, имея в арсенале дар очарования, подобно сирене способная приворожить любое существо одной лишь сменой интонации голоса, никогда не опускалась до подобного. Всё-таки так открыто бегать за мужчиной, тем более, вроде как, занятым… Это ж насколько нужно себя не любить?! Хорошо, родителей здесь нет. Впрочем, знай они о затеянной авантюре, вмиг бы вернули меня на наш семейный остров и больше не позволили его никогда покинуть. Ещё и с сестрой запретили бы общаться на долгое время. Может позвонить? Вот только пообещала же. И это всего на месяц. Не так уж и долго. Тем более никто не заставляет меня общаться с женихом не по делу. Если он вообще выберет меня на должность референта. С учётом того, каких девиц Рафаэль предпочитал видеть рядом с собой, моя скромная персона точно не должна его заинтересовать. Вот да! И чего я тогда здесь торчу? Валить надо. Скажу сестре, что он выбрал другую, и всё. Да, так и сделаю. Не успела. Я как раз развернулась в сторону коридора с лифтами, когда створы открылись, выпуская на волю из своих недр того, кого все ждали. Я как сделала шаг, так и замерла, а затем ещё зачем-то отвернулась. Действие вышло спонтанным, по-детски глупым и нелогичным даже для меня самой, но почему-то не хотелось, чтобы Рафаэль меня заметил. Хотя уверена, приди я к нему даже в своём истинном облике, он бы меня всё равно не узнал. Никогда не интересовался мной раньше. Тем временем Рафаэль прошёл мимо с поистине царским видом, убедив меня в сделанных выводах. Быстрый, чёткий шаг, беглый взгляд на каждую из нас, и вот мужчина уже на пороге своего кабинета. Замер на мгновение, вдохнув в себя пропитанный предвкушением и возбуждением десятка двух девушек воздух, и… — Ты, — полуобернувшись, ткнул в меня пальцем. — Проходи. Пока я переваривала произошедшее и осознавала, что, кажется, задумка сестры удалась, тот скрылся за дверями. — И чего он нашёл в этой простушке? — фыркнула надменно одна из брюнеток. Остальные её поддержали, одарив ненавистными взглядами мою персону. В кабинет к Рафаэлю я метнулась тенью. С ним всяко безопаснее, чем в этом серпентарии. Не по наслышке знаю, чем может закончиться подобное. Мама стабильно раз в год ставит на место зарвавшихся волчиц нашего клана, успевай только прятаться. Даже папа не всегда решается лезть ей под руку в такие моменты. Хотя мне больше кажется, что он так развлекается, втайне наслаждаясь её ревностью.

Огненный волк тем временем прошёл вглубь кабинета, остановившись у широкого панорамного окна возле своего рабочего стола. Ещё один, длинный, для переговоров, находился чуть в стороне. В общем-то, это была вся обстановка интерьера, чтобы её долго рассматривать. Вот и вернула внимание обратно Оливейра, который продолжал стоять ко мне спиной, глядя с высоты последнего этажа небоскрёба на городской пейзаж за стеклом. Я же замерла у порога, раздумывая, стоит ли проходить дальше, или лучше вовсе уйти. Победило любопытство. Мне ведь раньше не доводилось видеть своего жениха вживую, да ещё так близко от себя. Что сказать… Он и правда очень красивый. Рыжие волосы в солнечном свете, льющемся в окно, казались практически живым пламенем и составляли яркий контраст с его чёрным костюмом и белой рубашкой. Словно их взяли, подожгли и забыли затушить огонь. У меня даже кончики пальцев закололо, так захотелось до них дотронуться, чтобы удостовериться в своих выводах. Вместе с исходящим от него жаром, это производило неизгладимое ощущение. И в противовес всему этому, бирюза его взгляда остужала, почти резала своим арктическим холодом. Это и привело в чувства. Нашла на кого пялиться! Будто красивых оборотней никогда не видела. У нас в клане каждый второй тот ещё красавчик, но это же не значит, что нужно растекаться перед ними лужицей? Дочь альфы я или кто? Вот именно! — Я не кусаюсь, — вырвал из пелены размышлений неожиданно резкий голос оборотня. — В человеческом облике? — ляпнула раньше, чем успела толком обдумать его слова. Тут же на всякий случай уставилась в пол, скрывая от него своё замешательство. Вот правильно мама учила, молчи и сойдёшь за умную. И я обязательно когда-нибудь не только запомню эту истину, но и научусь применять на практике. Когда-нибудь потом. Не сегодня — явно. — И мне не нужен референт, которому придётся повторять дважды, — добавил он ледяным голосом, будто и не слышал меня. — Повторять дважды не придётся, — отзеркалила его тон, уязвлённая тем, с каким превосходством он со мной общался. Тоже мне важная шишка. И пусть, он не знал, кто я, это не повод говорить со мной в подобном тоне. Глава нефтяной компании — он же наследник клана огненных волков, медленно обернулся, смерив меня долгим пристальным взором с головы до ног, вновь пронзая холодом своей бирюзы. И я уже приготовилась вновь отбивать подачу, но никакого ответа не последовало. Рафаэль просто стоял и смотрел, изредка хмуря брови. О чём, интересно, так сосредоточенно размышляет? Хоть бы присесть предложил, а то ещё немного и я либо упаду на этих каблуках, либо, наплевав на всё, разуюсь. И пусть думает, что хочет. Всё равно уже вынес мне свою оценку... Молчание, тем временем, затягивалось, что жутко раздражало. В какой-то момент я всё-таки не выдержала и прошла таки к рабочему столу Оливейра, присев в одно из кресел для посетителей. Правда, разуться не решилась. И как только девушки изо дня в день ходят на этих пыточных инструментах? Наверное, мне их никогда не понять. С тоской посмотрела в окно, за стеклом которого виднелось безоблачное небо. Всё бы отдала за то, чтобы оказаться сейчас на нашем семейном острове. Плеск океанских волн, шум деревьев, крики птиц и ничего и никого больше вокруг. Только ты и свобода. А ведь ещё недавно так радовалась возможности выбраться за пределы посёлка клана серых волков. Как быстро меняются приоритеты, однако. Сейчас бы я с удовольствием побродила по горячему песку, окунула ноги в прохладную воду Тихого океана, покаталась на прирученной мамой акуле. Эх... Сколько уже времени прошло, как я тут оказалась? Минут пять — так точно. Рафаэль до сих пор не считал нужным заговаривать снова, продолжая смотреть на меня и витая больше в собственных мыслях, чем в реальности. — А вы всегда так проводите свои собеседования? — полюбопытствовала я в итоге, не выдержав молчания. Былая хмурость на лице оборотня в миг исчезла, а на губах расползлась снисходительная усмешка, вмиг преобразив суровые черты лица, делая их в разы мягче. Я даже засмотрелась неожиданно для себя. Краси-ивый гад! — А вас что-то не устраивает? — бросил он встречно, демонстративно уставившись на свои часы на левом запястье. — Ещё четыре минуты, и оно для вас закончится, кстати, — добавил, лукаво прищурившись. Да и хвала Луне! Я уже и так про себя много раз прокляла сестру с её идиотской затеей пообщаться с женихом поближе до официального знакомства. Конкретно в данную минуту весь этот фарс показался ещё более идиотским, чем прежде. — Ну, тогда у нас ещё есть время помолчать, — заявила важно, сосредоточив внимание на внутреннем убранстве кабинета. Преобладали в интерьере стекло и камень. Уж не знаю, кому пришло в голову подобное сочетание, но до этого дня я и не представляла, что в офисах подобное используется. Слишком тяжело он воспринимался в таком месте, на мой взгляд. Или это просто в силу привычки так кажется? Задумчиво прочертила на стеклянной столешнице зигзаг, чтобы занять себя хоть чем-то. — Ты не местная, — не спросил, поставил перед фактом Рафаэль. — Откуда? — обошёл свой рабочий стол и уселся напротив меня, в кресло для посетителей, по-новой взглянув на свои часы. — Из Аргентины. Палермо, если быть точнее, — выдала заранее заготовленную ложь. Хотя, если посмотреть по моим новым документам, то вполне себе правда. — М-мм… — протянул странно-довольно мужчина. И снова замолчал, явно не собираясь продлевать наш малосодержательный диалог. Как и прежде, уставился на свои часы, делая вид, что меня больше не существует. А когда его четыре минуты истекли, я без зазрения совести поднялась с кресла и направилась на выход. — Было приятно помолчать, — бросила насмешливо на прощание. Задерживать меня никто не стал, что порадовало. Оливейра не соизволил даже ответить. Был слишком занят своим телефоном, набирая кому-то сообщение, чтобы заметить мой уход. Да и замечательно!

Из кабинета не вышла — вылетела на крыльях счастья. Вот сейчас я отсюда уйду и, наконец, вздохну свободно. И в жизни больше не поведусь на всякие сомнительные авантюры своей любимой сестрёнки! В коридоре на удивление оказалось пусто — ни единой девушки из тех, кто собирался проходить собеседование. И вот не хотелось мне думать о плохом, но невольно напряглась. Задумчиво посмотрела на дверь, через которую только что вышла, и стремительным шагом, насколько позволяли каблуки и узкое платье, направилась к лифтам. Почти удалось покинуть этаж, когда путь к кабине преградила невысокая женщина в строгом брючном костюме, прижимающая к груди огромное количество папок с какими-то документами. Их-то она самым наглым образом и всучила мне. — Я — Паола, — сообщила коротко, будто бы мне сразу всё должно стать понятно от этого. То есть, на самом деле, понятно было всё. В конце концов, эта женщина уже много лет исправно служила Рафаэлю Оливейра, исполняя обязанности личного референта. Как раз именно ей замену и искал мой жених. Да и Селена рассказывала о ней. Не понятно, с чего она вдруг так себя ведёт. — Микаэла, — представилась в ответ. — Этими лифтами больше не пользуйся, — принялась наставлять Паола, подтолкнув в сторону коридора слева. — Что? — переспросила, по инерции сделав пару шагов в указанном направлении. — Но я же… — остановилась, пытаясь понять всю степень своего попаданства. — Он меня выбрал, да? — простонала, не скрывая досады. А счастье было так близко! Эх, похоже, так и придётся включаться в задуманную сестрой игру. Бывшая ассистентка Рафаэля посмотрела на меня, как на полнейшую идиотку. — Думаешь, иначе пустил бы в свой кабинет? — фыркнула она насмешливо. — Ты с какой планеты свалилась, девочка? — схватила за руку и потащила за собой. Коридор был достаточно длинным, и одна-единственная дверь значилась только в самом конце, так что становилось вполне понятно, куда именно мы шли. — Да мы же молчали всё это время! Откуда он может знать, какой я работник? — искренне удивилась. Нет, ну мало ли, вдруг, и правда, ошибка какая! — Тебе что, работа уже не нужна? — женщина остановилась, уставившись на меня в полнейшем недоумении. Она нахмурилась, поджав губы, и окинула меня недовольным взглядом. — Нужна. Просто… что дальше? — сдалась обстоятельствам. В конце концов, раз уж подписалась на эту игру с Огонёчком, придётся идти до победного конца. Да и месяц быстро пройдёт, а дальше мы с Оливейра и не увидимся больше. Надеюсь… — В отдел кадров пойдём, — услужливо отозвалась Паола, после чего снова потащила за собой в сторону единственной двери. Ничего не оставалось, как послушно топать за ней, куда она показывала. — Значит так, девочка, — заговорила моя спутница наставительным тоном, — синьор Оливейра у нас, конечно, не мистер доброжелательность в рабочее время, но своих сотрудников не обижает… — замялась, добавив уже тише: — Просто так, — а дальше продолжила как ни в чём не бывало: — Ты, главное, много не болтай в его присутствии. Он этого не любит. Как и опозданий. Всё остальное я тебе подробно распишу и оставлю в качестве инструкций, а завтра с утра ты приступишь к своим обязанностям. Не переживай, работы хоть и много, но она не такая уж и сложная. Справится даже ребёнок при желании, — на этом моменте я недоверчиво хмыкнула. — Ну, и график ненормированный. Но раз ты пришла на собеседование, то и без того знала. Конечно, знала, как нет-то… Луна, во что я влезла по собственной глупости? Поразмышлять о том мне, конечно, не удалось. Женщина запихнула меня в кабину подъехавшего лифта, после чего вошла сама, нажав на кнопку шестого этажа. — А почему именно я? — задала я интересующий меня вопрос. — Там столько претенденток было... — Они не подходят, — невозмутимо отозвалась женщина. Сдается мне, они-то как раз подходят. Вслух о том, конечно же, говорить не стала. Только вздохнула тоскливо, в который раз ругая себя за то, что поддалась уговорам сестры. Сейчас бы лежала на тёплом песочке, греясь на солнце, и бед не знала. Лифт двигался бесшумно и остановился плавно. Как только мы оказались на нужном уровне, слух тут же наполнил многочисленный шум. На этом этаже оказалось очень многолюдно. Посреди довольно просторного помещения, не разделённого на какие-либо зоны, стояло множество столов, то и дело трезвонили телефоны, а люди спорили друг с другом. Изредка всё это скрашивал чей-нибудь смех. Никто и внимания на нас не обратил, пока мы целенаправленно шли, минуя служащих. Точнее, шла Паола, а меня она по-прежнему тащила за собой, будто то само собой разумеющееся. — Вот, вместо меня будет, — остановилась она в какой-то момент около предпоследнего стола в правом ряду. Сидящая за ним девушка в этот момент разговаривала по телефону. Тараторила такой скороговоркой, что я большую часть речи не разобрала, хотя язык знала, можно сказать, в совершенстве. Изучала по углубленной программе с первого класса наравне с английским. На наше появление она лишь махнула рукой, таким образом позволяя пройти дальше, к двери за её спиной. А вот там нас “ждал” грузный мужчина в возрасте, который при нашем появлении приветливо улыбнулся, поднимаясь на ноги. — И почему ты их просто не выкинешь? — обратился к Паоле, кивнув на принесённое мною. Помещение было небольшим. Из обстановки: только стол, узкий шкаф, да один стул, который прежде занимал мужчина-кадровик, если верить надписи на его бейдже, приколотым к клетчатой рубашке с коротким рукавом. — Где-то там должна быть её анкета и сопутствующие данные, — вздохнула встречно собеседница. Улыбка на мужском лице расплылась шире некуда. — Значит, всё-таки выбрал? — выдохнул он, почему-то восторженно уставившись на меня. — Наконец-то! — Выбрал, ага, — подтвердила Паола. — Документы твои где? — обратилась уже ко мне, бесцеремонно ткнув пальцем в стол: — Сюда бросай, — указала на папки. Скривилась, но в клатч полезла. Правда, расставалась с документами неохотно. Как от сердца отрывала. По итогу, Паола просто нагло выдернула их из моих пальцев. — Она у нас застенчивая, — прокомментировала своё поведение женщина. — Или просто кто-то слишком наглый, — не удержалась я от ответного не слишком любезного. — Мне ещё в новый кабинет переезжать сегодня, на десятый, и тебе инструкции писать на ближайшее будущее, так что что времени на дополнительные расшаркивания нет, уж извини, — нисколько не прониклась Паола, бросив мои документы на стол. — Оформляй! — уже не мне, а третьему находящемуся в кабинете. Тот ещё с пару мгновений, как и я, смотрел на женщину в явном замешательстве, но в итоге сделал всё, как она сказала. Прошло не так уж и много времени, а мои документы мне вернули. Правда, никакого договора, или что-то вроде того не дали. — Получишь всё завтра с утра, лично от синьора Оливейра, — пояснил мужчина. Ну, вот и всё, Ангелина… Добро пожаловать в Ад!